Генри Мор. Бессмертие души. Книга III. Главы 1–7. (Продолжение)

 217 просмотров за всё время,  1 просмотров сегодня

Книга III

Глава 1*

1. Почему Автор говорит о состоянии Души после Смерти и в какой Последовательности. 2. Аргументы, доказывающие, что Душа всегда жизненно объединена с той или иной Материей. 3. Дополнительные Причины, чтобы показать то же самое. 4. О том, что Душа так же способна к [соединению] с Воздушным и Эфирным Телом, как и с Земным. 5. О том, что сначала она обычно выходит из Земного в Воздушный Носитель. 6. О том, что в своем воздушном Носителе она способна к Чувству, Наслаждению и Боли. 7. О том, что основная власть Души над ее Воздушным Носителем проявляется в руководстве Движением в его частях. 8. О том, что она также может добавлять или уменьшать Движение в своем Эфирном [носителе]. 9. Как чистота Носителя придает быстроту Чувству и Знанию. 10. О способности Души изменять характер ее Воздушного Носителя; 11. Как и его форму. 12. Простота последней Аксиомы.

1. Надеюсь, что мы с неоспоримой очевидностью продемонстрировали Бессмертие Души тем, кто не оказался неспособным судить об истинности Доказательств такого рода – как вследствие медлительности [их умственных] способностей, так и в силу какого-либо предубеждения [происходящего от] заведомой безнравственности; так что я уже осуществил свой основной Замысел. Но моя собственная любознательность и желание оказать услугу тем, кто склонен занимать свой ум размышлениями такого рода, призывают меня двинуться несколько дальше; да и сама Значительность того Вопроса, к которому я приступаю, справедливо требует от меня [этого] (что будет лучше всего видно, после того, как я доведу его рассмотрение до конца). Это касается состояния Души после Смерти. Хотя в этом вопросе я, возможно, не смогу иметь столь же твёрдую опору, как в предыдущей части этого Трактата, все же я не буду утверждать ничего, кроме того, что будет разумным, хотя и не доказуемым, и намного превосходящим что бы то ни было, что утверждается как противоположное, и в таком четком порядке и Последовательности, что если то, что я пишу, не в состоянии оказаться убедительным, тем не менее оно не сможет ввести [читателя] в заблуждение или запутать, сбить его с толку туманностью и неясностью; и потому я предложу сразу рассмотреть основные Принципы, на которых я выстрою остаток моего Дискурса.

 

АКСИОМА XXVII

Душа, отделенная от этого Земного Тела, не освобождается полностью от Витального Союза с Материей.

2. Это общее мнение Платоников. Плотин, правда, возражает [этому], особенно в отношении самых божественных Душ, как будто они в конечном счете совершенно не связаны с любой Материей и не имеют союза ни с чем, кроме самого Бога[i]. Я рассматриваю это как фантазию, исходящую из того же непостоянства характера, что заставило его предположить, что самые выродившиеся Души в итоге спят в телах Деревьев и обретают чисто Растительную жизнь. Такого рода вымыслы неуравновешенных людей во многом исказили древнюю Каббалу и священную Доктрину, которую сами Платоники исповедуют как θεοπαράδοτον[ii] – священную Традицию, полученную из уст Бога или Ангелов. Но все-таки сам Плотин не отрицает этого, что Душа, пока она не достигнет высшего уровня очищения, действует либо в Воздушном, либо в Небесном Теле[iii].

Но характер её деятельности здесь, в этой жизни, является более надёжным указанием на то, что она никогда не избавляется от Материи совершенно, какой бы чистой и тонкой та ни была [, – более надёжным], чем можно получить из любого другого [утверждения], что она когда-либо сможет быть свободной. Ибо мы ясно поняли, что ее самые тонкие и самые Интеллектуальные действия зависят от пригодности характера Духов, и что именно их высокое качество и чистота привлекают ее и позволяют ей любить и заботиться о Божественных и Интеллектуальных Объектах. Если бы она могла проявить Движения такого рода непосредственно, благодаря своей собственной силе и сущности, то что могло бы помешать ей выполнить их, стоит ей только пожелать? Однако мы видим, что она не может этого сделать, если с Духами не всё в порядке. Но, находясь в ненадлежащем состоянии, духи своими действиями не могут помешать Душе, если их природа такова, что касается одной только сущности Души в чистом виде (nuda essentia animae), прервавшей всякое Соединение с Материей. Ибо тогда, что касается этих Действий, безразлично, где находится Душа, то есть [безразлично,] в какой Материи она находится (а она должна быть в какой-то, потому что Универсум везде полон Материей), была ли она поднята в самые чистые области Воздуха, или погружена вниз в самые нечистые Вместилища Земли или Воды; ибо ее Интеллектуальные действия были бы одни и те же; это Соединение, по всей вероятности, вовлекает только Пластические и Чувствительные силы Души, даже когда она жизненно связана с Материей. Что же тогда есть в Теле, что может помешать ей в ее благородных Операциях?

Отсюда ясно, что природа Души такова, что она не может действовать, кроме как в зависимости от Материи, и что ее Операции так или иначе всегда видоизменяются таким образом. И поэтому, если Душа вообще действует после смерти (а то, что она действует, это мы доказали), очевидно, что она не освобождается от всякого витального союза со всеми родами Материи полностью: это Мнение не только Платоников, но и Аристотеля, как можно легко сделать вывод из того, что мы выше процитировали из него (Кн. II., Гл. 14. §§4–5).

3. Кроме того, может показаться очень резким скачком в природе [то], что Душа Человека от состояния, настолько глубоко и замутненно погруженного в Материю, витальным соединением с грубой плотью и костями подобного [состоянию] Зверей, должна внезапно так изменить [это состояние], чтобы она не держалась за какую-либо Материю, но поднялась в ἀΰλότης[iv], совместимую ни с чем, кроме самого Бога, если только нет таких Существ, которых Платоники называют Νόες, или чистыми Умами. Это должно показаться любому непредвзятому человеку очень грубым и неуместным, особенно если мы рассмотрим, какие преславные Сущности есть на этой стороне Νόοι или Νόες, которых все Философы, когда-либо рассуждающие о них, признают витально объединенными с Воздушными или Эфирными Носителями. Ибо таковы все Гении и Ангелы.

Поэтому достаточно того, чтобы Душа никогда не выходила за пределы нематериальности этих Классов Сущностей. То, что низшие из них жизненно соединены с Воздушными Носителями, явно показывает их [платоников] незнание Природы. Ибо было бы легко, а тем более [полезно] для их репутации, лучше информировать своих последователей о Тайнах Природы; но они [платоники] сами были не в курсе этих вещей, о которых они не могли бы не знать, если бы не были так привязаны к этим Воздушным телам. Ведь тогда они [гении и ангелы] не были бы обязаны двигаться со всем течением Воздуха, но, удерживаясь стойко, как разъединенные со всякой Материей, они могли бы в какой-то момент постигать как дневное, так и ежегодное движение Земли, и таким образом спасли бы Репутацию своих последователей, сообщая им эту Теорию; репутация эта значительно подорвана в глазах тех, кто понимает Систему мира лучше, чем они сами, ибо все они хвалятся своей Философией, как будто она – Предписание Высших Ангелов.

 

АКСИОМА XXVIII

В Душе имеет место Тройная Витальная (Жизненная) Конгруэнция, а именно: Эфирная, Воздушная и Земная.

4. Что это – общее Мнение Платоников, я упоминал выше (Immort. II. 14.1). То, что это Мнение также истинно само по себе, вытекает из предыдущей Аксиомы. Сомнений в Земной Конгруэнции не может быть; и так же мало может быть [сомнений], в том, что, как минимум, один из двух других должен быть [ей] предоставлен, иначе Душа после Смерти будет освобождена от всякого витального объединения с Материей. По этой причине она обладает Витальной природной способностью (aptitude) соединяться с Воздухом. Но Воздух является общим Вместилищем плохих и хороших Духов (как Земля – для всех родов людей и животных), впрочем, на самом деле, скорее, тех, кто так или иначе относится к плохому сорту, чем к хорошему, как это происходит на Земле. Но Душа Человека способна на очень высокие усовершенствования, даже на состояние чисто Ангельское. На основании этого Разум приходит к выводу, что было бы справедливым, – да и вся Древность единодушно признавала это, – чтобы Души людей, достигнув такой должной степени очищения, должны, наконец, получить Небесные Носители.

 

АКСИОМА XXIX

Согласно обычному порядку вещей в Природе, Душа организованно пробуждается в должном порядке в эти Витальные Конгруэнции, перескакивая из одной Крайности в другую и совсем не задерживаясь в промежуточном состоянии.

5. Эта Истина, кроме того, что, на первый взгляд, она не может не показаться весьма разумной, согласно известному Афоризму «Natura non facit saltum»[1], если ее рассмотреть еще раз, то ее состоятельность проявится более полно. Если учесть, насколько малые степени очищения получают Души почти всех людей в этой жизни, даже тех, кто обычно сходит за честных и хороших людей, то ясно следует то, что очень немногие достигнут своего Эфирного Носителя сразу же после оставления своего Земного Тела; это оказывается привилегией, предоставляемой лишь по-настоящему Благородным и Героическим Духам, примеры которых в Истории очень редки. Но то, что могут быть степени чистоты и превосходства в Эфирных Телах, – этого отрицать нельзя, как и того, что справедливая Немезида узнает каждого после смерти.

 

АКСИОМА XXX

Душа в своем Воздушном Носителе способна к так называемому Чувству и, следовательно, к Наслаждению и Боли.

6. Это ясно видно из 27-й и 28-й Аксиом. Ибо Чувство необходимым образом происходит в результате Витального Союза Души с каким бы то ни было Телом, и мы можем вспомнить, что непосредственным инструментом Чувства, даже в этом Земном Теле, являются Духи, так что не может быть сомнений в этой Истине. Поскольку Удовольствие и Боль являются частными модификациями Чувства, и поскольку не существует [такого] Тела, которое не было бы способно чувствовать, то очевидно, что эти Воздушные Носители подвержены как Боли, так и Удовольствию в той Области, где можно встретить как плохое, так и хорошее.

 

АКСИОМА XXXI

Душа не может ни передать, ни отнять от Материи своего Воздушного Носителя какую-либо значительную степень Движения, но она может направлять частицы, двигая их, куда захочет Властью своей Воли.

7. Разумность этой Аксиомы частично может быть убедительно доказана [исходя] из предыдущей; ибо, принимая во внимание, что частицы Воздуха шершавые и угловатые, [то] Движение или вынужденный Покой могут с полным основанием оказаться болезненными для Души, а для её [чувства] осязания – резкими и мучительными и частично из того, что мы можем наблюдать в наших собственных Духах в этом Теле, которые мы можем только направлять, не придавая им Движение и не уменьшая их Движение нашим Воображением или Волей, ибо никто не может, воображая или желая, чтобы его Духи двигались быстрее или медленнее, причинить себе Жар или Холод, самые несомненные эффекты [чрезмерного] Движения или чрезмерного Покоя, но можно направить их [духов] в Органы произвольного Движения и, таким образом двигая более плотные части Тела, благодаря этому посылу, можно использовать их [духи], и тем самым согреть [эти] части [тела]; мы можем сделать это – и только. И, наконец, частично [истинность этой аксиомы может быть доказана] из Божественного Провидения, которое всё создало и распределяет силы и возможности [своих] созданий в соответствии со своей Мудростью и Замыслом, и поэтому связало это состояние Души более органичными (straighter) условиями, которые совместимы как с плохим, так и с хорошим.

 

АКСИОМА XXXII

Хотя Душа не может ни передать, ни отнять какую-либо значительную степень Движения из Материи ее Воздушного Носителя, все же ничто не мешает тому, что она может делать и то, и другое в ее Эфирном [теле].

8. Причина этого в том, что частицы ее Эфирного Носителя состоят частично из гладких сферических Фигур, а частично – из тонкой Материи, столь исключительно текучей, что она без всякого принуждения сообразуется с любой вещью: тогда, как Воздух, как можно наблюдать в Пневматическом Оружии, имеет части настолько неподатливые и плотные, что после того, как они будут сжаты до такой степени, что цилиндр Оружия постоянно нагревается, они не теряют ни свои очертания, ни свойства; но, подобно Стальной пружине, получив свободу, они возвращаются к своему естественному положению с такой силой, что они выстреливают Пулю так же действенно, как и Порох. Кроме того, можно с полной справедливостью полагать, что Благость высшего Божества, от которого зависит все Сущее, наделила Эфирную Конгруэнцию Жизни (которая пробуждается только в самых послушных Душах и наиболее верных её власти) большей силой, чем [какую-либо] другую, – которая отсутствует в несоответствующем Субъекте. Ибо легко представить, что Бог может наделить Душу силой, движущей или останавливающей Материю, как и детерминирующей ее движения.

 

АКСИОМА XXXIII

Чем чище Носитель, тем быстрее и совершеннее Перцептивные Способности Души.

9. Истину этого мы можем испытать в какой-то мере в этой жизни, где мы находим, что быстрота Слуха, Ви́дения, Вкуса, Обоняния, гибкость Воспоминаний, Разума и всех других Перцептивных Способностей развита или ослаблена ясностью, или загрязнением и вялостью Духов нашего Тела, и что Забвение и Отупение (Sottishness) возникают из их плотности и землистости, или водянистости, или какой-либо другой их уплотненной консистенции. Такие расстройства вытесняются, и Тело наполняется благими Ду́хами в достаточном количестве и чистоте, Разум снова восстанавливает свою деятельность, вспоминает то, что она [душа] забыла, и постигает то, что она была [понимать] до этого неспособна, видит и слышит на большем расстоянии и так далее.

 

АКСИОМА XXXIV

Душа обладает удивительной силой изменять не только характер своего Воздушного Носителя, но и его внешнее очертание.

10. Истина первой части этой Аксиомы выявляется из ежедневного опыта, ибо мы часто можем наблюдать, как странно будут действовать Страсти Разума на наших Духов в таком состоянии, как Гнев и Скорбь, как Зависть будет изменять Тело, не говоря уже о других Переживаниях. И, несомненно, чем более очищено Тело, тем более изменчиво оно по этой самой причине: так что Страсти Разума должны иметь очень большое влияние на Воздушный Носитель Души, которые, хотя они [страсти разума] не могут изменить его [воздушный носитель души] ни на что, кроме Воздуха, но [сам] этот Воздух они могут изменить в качества, различающиеся так же, как Добродетель отличается от Порока, Болезнь от Здоровья, Боль от Наслаждения, Свет от Тьмы, и смрад Тюрьмы от Ароматических запахов цветущего Рая.

11.Истинность последней части [аксиомы] демонстрируется из последней части Аксиомы 31. Ибо, [если] предположить, что в Душе есть сила управлять движениями частиц ее текучего Носителя, [то из этого] должно с необходимостью следовать, что она также будет обладать способностью формировать его в какой-то мере в соответствии с ее собственной Волей и Фантазией. К этому можно добавить, как знак, свидетельство истинности [этой аксиомы], которым не следует пренебрегать, – то, что совершается таким путем нашей Волей и Фантазией в этой жизни. Ибо только потому, что я желаю и представляю движение моих Рта, Ног или Пальцев, я могу двигать ими при условии, что я обладаю Духами, которых можно направить к этому движению; и всякий Носитель Души есть в некотором смысле не что иное, как Духи. Также Сигнатуры Плода в Утробе по Желанию и Воображению Матери очень полезны для раскрытия этой Истины, но я буду говорить о ней более полно в надлежащем месте.

 

АКСИОМА XXXV

Разумно думать, что, как некоторые Способности засыпают в Смерти или после Смерти, так и другие, которые больше подходят для этого состояния, могут просыпаться.

12. Истина этой Аксиомы проявляется из того, что наши Души появились не случайно, а сотворены Всемудрым Богом, который, предвидя все их состояния, устроил и подготовил Пробуждение или Засыпание Способностей и Возможностей сообразно с тем состоянием, в котором они [души] будут находиться.

 

АКСИОМА XXXVI

Прекращается ли Жизненная Конгруэнция Души, когда полностью исчерпан её период [существования], или разрушается Жизненная Конгруэнция Материи (вследствие какого-либо существенного разлада), или Процесс будет испорчен какой-либо существенной Дисгармонией, – Жизненный Союз немедленно прекращается.

13. Эта последняя Аксиома достаточно ясна сама по себе на первый взгляд, и ее целесообразность может быть рассмотрена в соответствующем месте. Таковы основные Истины, к которым я буду возвращаться, или, по крайней мере, буду иметь в виду в моих следующих Рассуждениях: остальные будут изложены в более подходящих местах по ходу нашего Рассуждения.

 

Глава 2

1. О Размерах Души, рассмотренной самой по себе. 2. О Форме Измерений Души. 3. О Неоднородности ее Сущности. 4. О том, что есть Неоднородность в ее Пластической части, отличной от Перцептивной [части]. 5. О действиях этой Пластической части в границах Носителя. 6.Превосходство философии Декарта. 7. О том, что Носители Призраков имеют в себе столько же плотной Телесной Субстанции, сколько и Тела Людей. 8. Доказательство глупости противоположного Мнения. 9.В том, что касается Тела, Душа после смерти находится в более выгодном положении, чем здесь, до смерти.

1. Чтобы у нас теперь было более ясное и определенное понимание природы и состояния Души вне Тела, давайте сперва немного поговорим о том, что она есть в ее собственной Сущности, без всякого отношения к какому-либо Телу вообще. И мы обнаружим, что она является Субстанцией протяженной и неразрывной, как легко можно было бы уяснить из того, что мы уже написали[v]. И тут уместно предположение (именно здесь, где мы рассматриваем Душу как оставившую это Земное Тело), что у нее есть столь же обширные, если не более обширные, собственные Размеры, чем те, что видимы в Теле, которое она оставила. По-моему, на это стоит обратить внимание, чтобы можно было заставить замолчать тех, кто не без причины смеется над невообразимыми и нелепыми фантазиями Схоластов, те, кто сперва поспешно лишает Духов всякой Протяженности, будь то Души или Ангелы, а потом спорят, сколько из них могут станцевать на острие иглы одновременно. Глупости, сильно унижающие Истину, которые сужают наше восприятие до такой недопустимой узости и скудости (evanidness), что мы не можем вообразить ничего о нашем собственном Существе, а если можем, то склонны впадать в безысходность или пренебрежение к себе, воображая себя столь ничтожными Пылинками Солнца.

2. Но так как весьма очевидно, что Душа имеет Размеры, ипритом не беспредельные, и поэтому она обязательно ограничена рамками той или иной Фигуры; так что весьма неясно, есть ли какая-то особенная Фигура, естественная для нее, соответствующая облику живого существа, или она сама по себе Круглой или Овальной формы, но меняет свое очертание в зависимости от обстоятельств. В данном Вопросе важно определить только то, что когда Душа действует в Земной Материи, ее Пластическая часть направлена на Организацию Тела в облик человека; а когда [она действует] в Воздушной или Эфирной [материи], она направлена к той или иной форме не более и не менее, чем у Гениев или Ангелов, и если их Носители естественным образом направлены в одну форму более, чем в другую, то что ее [Носитель] ведёт себя подобным же образом; так что в своем видимом Носителе она будет обладать обычной формой Ангелов, таким же обликом и тем же одеянием, как они.

3. То, что более существенно, как мне кажется, определить значительно проще – и это вот что: является ли Душа Однородной Субстанцией, или [ее субстанция] в некотором роде Гетерогенна. То, что последнее в некоторой степени верно, выявляется из того, что мы написали, а именно, что Перцептивная способность простирается не по всему объему Души, а ограничивается определенной частью, которую мы называем Центром или Оком Души, а также ее Перцептивной частью, а все остальное – [назвали] Пластической [частью]. Но здесь возникает еще одно Сомнение, не существует ли Неоднородности и в самой Пластической части Души. Аристотелики, кажется, уверены, что это не так, и утверждают, что если бы на Пальце ноги располагался Глаз, Палец видел бы так же хорошо, как и Голова. В чем я очень сомневаюсь. Ибо следствием этого стало бы то, что некоторые Создания ощущали бы мерцание Света всем телом, поскольку они в некотором роде целиком прозрачны; а некоторые люди с тонкой и Чистой Организацией тела, могли бы, вероятно, воспринимать Свет кончиками своих Пальцев, которые в какой-то степени прозрачны; и поскольку Жизнь и Духи непрерывно следуют в Конарион, – как есть – или в четвертый Желудочек Мозга, следовательно Душа получала бы оттуда восприятие некоего мерцания Света, которые возможно было бы видеть, так же как чувствовать.

4. Поэтому кажется более рациональным допустить Неоднородность и в Пластической части Души и признать, что всякое отдаление от Места Общего Чувства, то есть, каждый Круг, окружающий Центр Души, имеет не одни и те же пределы силы, ни в количественном, ни в объемном [отношении]. Что касается первого [круга], наблюдается постепенное отдаление от первого совершенства (excellency), каким является Перцептивная часть Души; ближайшим Кругом к ней является та часть Пластичности, которая способна передавать Объекты Зрения, а также Осязания (Touch) и Слуха, и прочих Чувств, какие еще могут находиться в Душе. Следующий Круг [включает] Слух без Ви́дения, хотя и не без Осязания (Touch): ибо Касание распространяется через все [круги]. Но в своей внешней области, которая чрезвычайно велика, он передает косвенные (circumstantiated) Восприятия только тех Объектов, которые Осязаемы; но для других он – лишь безжизненный Посредник (dead Medium), как Круг Слышания есть лишь недейственный Посредник для Объектов Ви́дения. Так что, если бы мы удовлетворили наше Воображение [идеями] Фичино, представляя Душу как Звезду, мы бы сделали это более совершенно, если мы рассматривали ее в ее Кругах, представляя над ней как бы Нимб[vi]. Так как Душа для нашего Разума не более Однородна, чем это Зрелище для нашего Ви́дения.

5. Но если мы рассмотрим Душу, как вечно устремленную к какой-то индивидуальной форме, то направление Пластических Лучей в таком случае должно стремиться к Организации такого типа, которая подходит настоящему состоянию Души, будь то в Воздушном или Эфирном Носителе. Ибо то, что Пластическая способность отказывается от [действия] или изменяет [его] в зависимости от того, как её привлекает характер Материи, в которой она действует, раскрывается в ее Организации наших Тел здесь. Ибо, скорее всего, Душа сама по себе в такой же мере одного пола, как и другого, что заставляет ее иногда отмечать Материю обоими, но это очень редко; и потому очевидно, что она отбрасывает одну часть своей Пластической силы и использует другую, почти во всех [случаях] придания формы Плоду.

Отсюда легко можно сделать вывод, что если Пластическая сила придаёт Эфирному или Воздушному носителю живую форму естественным способом, то она при этом ограничивает свою созидающую энергию таким образом, что создаёт только такие очертания, которые пригодны и соответствуют Ангельской Природе.

Но, согласно этой Гипотезе, пожалуй, все Объекты Чувства не будут достигать Центра Души из любой части Обзора (Horizon), даже если эта Организация не была естественной, а только произвольной. Но если предположить, что Душа либо заключена в живую форму таким образом, либо более-менее свободно изливается беспечно в какую-нибудь фигуру круглой формы, в соответствии с тем, как ее лучи проявляются на ее Воздушном или Эфирном Носителях, [тогда] Места расположения образа будут должным образом ограничены, этим предположением, впрочем, отнюдь не стоит пренебрегать.

6. Относительно самой Природы Души как таковой, ее Протяженности и Неоднородности сказанного, в общем, может быть достаточно. Я только добавлю к этому одно Наблюдение, касающееся ее Воздушного и Эфирного Носителя, и затем перейду к более частным вопросам. Необдуманные фантазии и ложные выводы из неверно понятых Экспериментов сделали кое-кого очень уверенными в том, что существует Вакуум в Природе, и что чем легче Тело, настолько меньше оно содержит в себе субстанции. Вещь – безрассудная и иррациональная даже на первый взгляд для всех тех, кто хотя бы немного знаком с Философией Ренатуса Декартеса, чье искусное остроумие и интуитивная способность проникать в суть природы и законов Материи так усовершенствовало понимание тех Явлений, по поводу которых Демокрит, Эпикур, Лукреций и другие приходили в замешательство, что, по-видимому, теперь, если говорить об этом способе Философствования, не требуется ничего, кроме терпения и беспристрастной оценки, чтобы внимательно рассмотреть то, что он писал.

7. Итак, согласно его Философии и самой Истине, всегда есть столько же Материи или Тела в одном [их] состоянии, сколько и в другом, как, например, Материи в [пустой] Чаше [наполненной] Воздухом столько же, сколько в той же Чаше, наполненной Водой, и в этой Чаше с Водой — столько же, как если бы она была наполнена Свинцом или Ртутью. Я обращаю на это внимание здесь для того, чтобы освободить воображение людей от того общепринятого и идиотского заблуждения, в которое они впадают по поводу проявляющихся Духов, что будто бы они столь же эфемерны и лишены Субстанции, как те тени, которые наши Тела отбрасывают на Стену, или наши Образы, отраженные в Реке или Зеркале; и потому из-за этой ошибки дали им имена соответствующим образом, назвав их Призраками людей, которые предстают перед ними: Εδωλα и Umbrae, Воображаемыми Образами и Тенями. Тех [из них], которые более видимы, они считают более субстанциальными; воображая, что Воздух сгущается таким образом, что не только его [становится] больше, но также, что просто больше [становится] Материи или Субстанции, раз он становится настолько видимым, по сравнению с тем, что было прежде в том же месте. И потому они должны признавать, что Смерть низводит нас до жалких ничтожных истонченных жалких существ, которые, так сказать, потеряли нашу Субстанцию, и не осталось ничего, кроме тончайшего испарения останков, не более соразмерного нам, чем то [испарение], что оставляет за собой потеющая лошадь, когда в морозное утро она пробегает мимо. Что, безусловно, должно быть очень прискорбным соображением для тех, кто любит это крепкое и упитанное Тело, которое они носят на себе, икоторым приятно думать, на сколько фунтов они перевесили своих Соседей в последний раз, когда они взвешивались вместе.

8. Но если некая ненадежная Прозрачность может доказать недостаток Телесной Субстанции, то окажется, что в Прозрачном Столбе ее [телесной субстанции] меньше, чем в Табачном Дыму; хотя она может показаться весьма ненадёжным и призрачным Объектом для Глаз, но если попробовать её на ощупь, окажется вполне плотной. Точно так же с Призраками, о которых рассказывают, что они, появляясь в облике, столь же вызывающем сомнения, подтверждали [свою реальность] тем, кто до них дотрагивался, или к кому прикасались они сами. Ибо это – вещь нелепая и недостойная Философа, судить о мере телесной Материи по тому, чем она кажется нашему взгляду, ибо так Воздух вообще был бы ничем. И столь же нелепо судить о вещи, исходя из тактильного ощущения или её веса; ибо так, действительно, Чаша с Ртутью покажется содержащей в себе бесконечно больше Материи, чем наполненная только Воздухом, а сосуд с Водой – меньше, когда он погружается в Речную воду, чем когда он находится в Воздухе. Но мы должны помнить: какой бы консистенции ни была Материя – пусть даже такой тонкой и чистой, как пламя свечи, [все равно] в ней будет не меньше телесной Субстанции, чем в тех же объемах Серебра, Свинца или Золота.

9. Так что нам не нужно оплакивать сморщенное состояние умерших, как если бы из них была изъята почти вся телесная Субстанции, и они были бы слишком легко одеты [телесной оболочкой], чтобы наслаждаться каким бы то ни было Объектом Чувства. Ибо они имеют не меньше Телесности, чем мы сами, только это Тело гораздо активнее, чем наше, будучи более одухотворенным, то есть, обладая более высокими степенями Движения, сообщенного ему, которое вся Материя мира получает от того или иного духовной Сущности, и, следовательно, в этом отношении можно сказать, что чем больше Движения ему сообщается, тем больше оно выражает это нематериальное Бытие. Это совершается так же, как и в том, что является следствием Движения, то есть тонкости и субтильности его частиц, благодаря чему оно может имитировать, в некотором роде, чистую привилегию Духов, проходящую через все Тела полностью. И эти Носители Души, по причине тонкости их частей, вполне могут пройти через такую Материю, которая нам кажется непроницаемой (impervious), хотя это и не так для них. Ибо Материя, уменьшенная до такой текучей тонкости частиц, что они невидимы, вполне может иметь незаметный вход через Поры.

Откуда явствует, что Душа, говоря в физическом смысле, ничего не теряет со Смертью, но вследствие ее [получает] очень значительное преимущество. Ибо она не только обладает тем же Телом, что и прежде, с такими же полными и твердыми измерениями, но к этому присоединяется ещё и то приобретение, что это Тело больше наполнено Жизнью и Движением, чем прежде. Я не мог не коснуться этого вопроса, чтобы таким образом разгромить ложное предположение, которое крепко держится в представлениях большинства людей, — предположение о том, что то, другое состояние будет блеклым и бесцветным.

 

Глава 3

1. О том, что естественным местопребыванием Души после смерти является Воздух. 2. О том, что она не может покинуть Воздушные Области, пока в ней не пробудится Эфирная Конгруэнция жизни. 3. О том, что не все Души находятся в одной и той же Области Воздуха. 4. Предположение Кардана о размещении всех Демонов в верхней Области [воздуха]. 5. Использование этого предположения для демонстрации причины их редкого появления. 6. О том, что это Явление объясняется более рациональной Гипотезой. 7. Дальнейшее опровержение Мнения Кардана. 8.Дополнение [к доводам], имеющее целью то же самое. 9. Происхождение Ошибки Кардана относительно удаленных операций Демонов. 10. Возражение на то, как Демоны и Души могут быть разделены в этой нижней Области, где так часты Ветра и Бури. 11. Предварительные замечания к Ответу, заключающиеся в рассмотрении природы Ветров. 12. Детальные Ответы на Возражение. 13. Следующий Ответ [исходящий] из природы Статической Способности Души. 14. Еще один [исходящий] из внезапной способности приведения в действие ее Носителя. 15. Какие неудобства она испытывает от града, дождя и т. п.

1. Те более конкретные Вопросы, к которым мы намереваемся приступить, могут быть сведены к таким нескольким Пунктам, а именно: место обитания Души, Ее задействованность и Ее Моральное состояние после Смерти. То, что местом Ее обитания является Воздух, – это устоявшееся мнение древних Философов и Теологов природы, которые единодушно признают этот Элемент Вместилищем ушедших Душ, и поэтому они назвали его ἄιδης, то есть ἀϊδής[2], потому что умершие люди находятся в состоянии невидимости, поскольку место, в которое они помещены, [представляет собой] Элемент, совершенно невидимый по своей природе и покрытый также туманными облаками, и окутанный попеременно темной тенью Земли. Истина их мнения ясно подтверждается Аксиомами XXIX и XXX. Ибо Природа не совершает огромных скачков, следовательно необходимо, чтобы отделенные Души заняли свое первое расположение в Воздухе, потому что та Жизненная Конгруэнция, которая соответствует Воздушному Носителю, в порядке вещей (of order) немедленно пробуждается после оставления Земного Тела.

2. По этой причине Душа, будучи жизненно привязанной к Телу или Воздушному Носителю, никоим образом не может уйти из этих [воздушных] Областей: потому что ее движения соответствуют только потенциалу ее Носителя, она не может изменить консистенцию своего Носителя на более тонкую или чистую, чем она будет у Воздуха, не изменяя [при этом] свой собственный Вид (Species). Она может только уплотнять (conspissate[3]) Воздух, направляя его движение к себе, и таким образом вытесняя значительную часть первого и второго Элементов, может удерживать больше Воздуха, чем обычно. Но она не может отогнать от себя Воздух настолько, чтобы двигать только эти два Элемента или какую-либо значительную их часть, потому что Эфирная Конгруэнция жизни еще полностью спит; как и не в силах Души пробудить ее, когда она [этого] пожелает. И поэтому для нее было бы Страданием и Смертью попытаться совершенно удалить Воздушную материю от себя. Кроме того, потребовалась бы такая сила, которая могла бы не только указать направление [движения], но и добавить новое движение, чтобы оно [движение] могло противостоять другим частям Воздуха, которые с трудом терпят любые ограничения. Это, хотя и может быть осуществлено в некоторой степени, [но] все же, то, что она может этой силой направления завоевать полностью Эфирный Носитель, кажется весьма маловероятным, как ясно из 31 Аксиомы.

3. В связи с этим необходимо, чтобы Душа, покинувшая эту жизнь, могла пребывать где-то в Воздухе, хотя вовсе не необходимо, чтобы они все населяли одну и ту же его [воздуха] Область. Ибо, как некоторые Души более очищены, чем другие, когда они покидают Тело, так и более чистая степень Жизненной Конгруэнции проснется в них. Поэтому той Божественной Немезидой, которая проходит сквозь все вещи, они будут естественным образом переданы в такие места, и окажутся в таком окружении, которое наиболее созвучно их Природе; и будут так же определённо отсортированы тем вечным Правосудием, которое Бог так глубоко укоренил в само́й сущностной ткани (contexture) Универсума, как человеческие Законы разбираются у нас с людьми, отправляя одних в Тюрьмы, других в Чумные бараки, а третьих в Пританей.

4. Поэтому, по всей вероятности, некоторым из них выпадет роковым образом оказаться в этой нижней Области Воздуха, что, без сомнения, верно для многих других Духов, хотя Кардану[4] угодно тешить себя его собственной фантазией, будто бы Высшие Области Воздуха – единственное место обитания всех вообще Демонов и Духов, и что их нисхождение к нам столь же редко, как и погружение Людей на дно Моря, и почти столь же трудное, поскольку тот густой Воздух, которым мы дышим, в некотором роде так же непригоден для их тонких состояний, как [непригодна] Вода для нас. В ней мы вынуждены задерживать дыхание, а потому [можем] оставаться в этой Стихии очень непродолжительное время.

Кроме того, он воображает, что Срединная Область утомительна для них из-за ее Холода, который, как он говорит, является границей между нами и ими, как Море между нами и Рыбами, хотя мы превосходим этих последних умом и усердием, и весьма хотели бы поймать их и убить, тем не менее нам в руки попадает очень малая [их часть] по сравнению с теми, кто от нас ускользает. И то же самое [относится] к Демонам: хотя они совсем к нам не расположены, но они не могут физически причинить вред никому из нас (поскольку им очень трудно добраться к нам) и лишь очень немногим из нас [могут навредить] Хитростью и Рвением. Так этому Философу его живое воображение представляет, будто они лишь покушаются на нас, как делаем это мы в отношении Рыб, используя Наживку, Сеть и Гарпун или подобные им Приспособления, которые мы бросаем глубоко в Воду. Так и эти воздушные Гении, что сидят наверху, в третьей Области Воздуха (как сидим мы на берегу Реки или в Лодке, когда удим рыбу): посылая вниз Сны и Привидения, они могут запутать некоторых людей настолько, что, в конце концов, с помощью ужасов и потрясений ума могут принести им гибель и уничтожение даже и на таком расстоянии.

5. Эту Гипотезу, я полагаю, он соорудил, чтобы объяснить, почему появление Гениев столь редкое [явление], и почему они причиняют так мало вреда, как это бывает. Ведь Ответ был бы наготове: что этот нижний Воздух не является для них Элементом, в котором можно оставаться, а те, кто оспаривают его, говоря, что Духов не существует, потому, что их так редко [можно] видеть, поступают так же глупо, как если бы Рыбы (допустим, что их бессловесное Племя обладало бы Речью и Разумом) сделали общий вывод, что не существует таких Созданий, как Люди или Лошади, на основании того, что рыбам весьма редко удаётся их видеть. А тех Рыб, которым довелось с ними повстречаться и которые утверждают, что видели подобные Создания, презирали бы и высмеивали, словно исступлённых или безумцев и находящихся не в своём уме; или [, напротив,] посчитали бы, что они слишком в своём уме и придумали [всё это] с каким-то политическим умыслом.

6. Эта Притча может ещё пригодиться нам, хотя и по другому поводу: если физическое [в пространстве] расстояние заменить различием состояний, сравнение окажется столь же хорошим, как и прежде. Ибо для Духа уплотнить свой Носитель до почти Земного размера и Видимости, – такая же редкость и столь же странно, как для Земных животных спускаться на дно Моря, и, вероятно, ни на йоту не легче, и поэтому столь очевидна причина, почему их так редко видят и поэтому те, кто не видел их собственными глазами, с такой уверенностью отрицают их существование. Ибо это как будто бы Рыбы устроили спор друг с другом о существовании Людей и их погружении в Воду, и о том, есть ли такие места, где они часто бывают в Воде, т.к. это были бы наиболее известные места, где ловят Жемчуг, чаще всего происходят Кораблекрушения или такие, где приятнее всего плавать. И какое-то знаменательное событие, несчастье или весомый замысел из тех, что случаются весьма редко, должны с полным основанием считаться исключительно приглашениями Гениям обнаружить себя нашим взорам.

7. То, что они не причиняют столь уж большого вреда, не стоит относить насчёт того, что они живут на большом расстоянии от нас, но [должно быть сведено] к Закону Вселенной, сила которого пронизывает все категории Существ. Кроме того, это слишком тривиально и глупо признавать, и значительно ниже звания Философа думать, что все Воздушные Духи – Ненавистники Человечества настолько, чтобы получать удовольствие исключительно от нанесения ему вреда. Ибо Люди не ненавидят Рыб [только] потому, что те [рыбы] живут в другой Стихии (Element), отличной от их собственной, но ловят их просто из любви к себе, ради выгоды и пищи, а Воздушные Гении, уничтожая нас, не могут иметь в виду подобной цели. Но творить зло только ради зла – это настолько чрезмерное Бесчинство, что некоторые сомневаются, совместимо ли оно с каким-либо Интеллектуальным Существом. И потому Кардан должен был доказывать это в первую очередь, а также то, что если бы существовал кто-то, в столь крайней степени деградации, то таких должно было быть много или, по крайней мере, так много, чтобы их не могли сдержать все остальные, менее испорченные. Ибо мы можем заметить, что даже те люди, которые основательно испорчены, тем не менее питают большое отвращение к тем вещам, которые чрезвычайно и беспричинно разрушительны для Человека или Животного, и сами помогали бы пресекать, наказывать или, по крайней мере, препятствовать попыткам таких диких и непомерных бесчинств, которые не имеют никакого Разумного основания, но являются просто упражнением в Жестокости и Притеснении по отношению к другим Созданиям.

Он также должен был показать, что все Человечество не является Пекулием (Peculium[5]) тех или иных Духов, и что не существует невидимых Властителей Народов, Городов, Семей, а иногда и отдельных Людей; и что, по крайней мере, Политическое Благородство (Political Goodness) такое, которое служит безопасности Людей и того, что принадлежит им, не более распространено даже в этих Воздушных Королевствах, чем грубая Несправедливость. Ибо все это может быть по эту сторону Божественной Жизни, так что нет опасения сделать этих воздушных Обитателей сверхсовершенными таким Предположением. Одним словом, он должен был доказать, что Политический Порядок в его полной мере осуществления не упал с Неба на Землю, а также проникает в Подземные Области, если там были бы какие-то Интеллектуальные Существа. Ибо этого будет достаточно, чтобы объяснить, почему – хотя все места заполнены Воздушными Духами – так мало вреда причинено смертным.

8. Добавьте ко всему этому, что, хотя им самим по себе и не может быть позволено совершать всякое грубое зло и убивать людей без их согласия, но они могли бы подстрекать их к этому или призывать их к такому образу действия, который окажется для них разрушительным, но, возможно, с умыслом, не более враждебным, чем у нас, когда мы стравливаем собак, [устраиваем] Петушиные бои, травлю Медведей и Быков, Лошадиные бега и тому подобное, где часто, по нашей воле возбуждаемые и ободряемые нами, они следуют своим собственным склонностям, вплоть до того, что лишаются жизни.

Но хотя мы не сильно беспокоимся по поводу гибели Пса или Петуха в этом случае, все же никто не жесток настолько, чтобы насести этим Существам удар по голове просто потому, что ему так захотелось. Так и эти худшие виды Гениев, в зависимости от их характера, могут случайно следовать за некоторыми людьми, склонными к таким-то или таким-то порокам, в которые они могут ввести их путем соперничества или потаканием их собственным фантазиям до последнего предела, как только могут; и, овладевая их способностями, они развлекаются, заставляя одного человека побеждать другого в поединках, в пьянстве, в хитрости и в унижении, в распутстве, в обогащении, в собирании почестей и так во всем остальном. Там, где это может быть их развлечением для достижения Победы над той Личностью, за которую они взялись. И если [этот человек] погибнет в погоне за тем, чем они его искушают или на что подстрекают, это – вещь, к которой они стремились не более, может быть, чем тот, кто, выставляя своего Петуха на бой, желает, чтобы его шея оказалась сломана. Но если это произойдет, сожаление будет очень похожим в обоих случаях.

Итак, эти Духи могут сделать достаточно зла в мире, подстрекая людей, которые его совершают, хотя, возможно, они не получают удовольствия от того, что делают это под [влиянием] каких-либо других условий, а если и получали бы, то они [всё равно] не могут этого сделать, т. к. над ними имеется очень много бдительных глаз. Ибо эти Воздушные Легионы так же способны к Политической Добродетели и могут быть так же глубоко возмущены этим, как и народы Земли, и это [возмущение] может быть гораздо серьезнее.

9. Но если эти Существа находились бы так далеко [от нас], как хотел бы Кардан, я не понимаю, как они могли бы иметь какое-либо общение с нами, чтобы либо оказать нам благо, либо навредить. Ибо то, что они способны посылать Видения или Сны на таком расстоянии, — это само по себе наваждение, вызванное той первой ошибкой Аристотелевской Философии, которая заставляет Бога и Умы (Intelligences) действовать из небесных сфер и, таким образом, производить все эти эффекты Природы ниже [этих сфер]; такое никогда не может быть совершено [чем-то] кроме подлинного Нумена и Духа Жизни, который пронизывает все вещи.

10. Таким образом, его фантазия не помешает нашему заключению, что эта нижняя Область Воздуха также заполнена Демонами. Если это так, вполне вероятно, что нечистые Души тоже блуждают там, так что я предпринял все эти усилия только, чтобы нажить себе ещё бо́льшие трудности. Ибо очевидным возражением будет то, что говорил ещё Лукреций в древности, что эта Область настолько подвержена Ветрам и Бурям, что Души не смогут удержать при себе Воздушные Носители, но они будут разорваны на куски жестокими штормами. Однако мы можем легко избавиться от этой озабоченности, если мы рассмотрим природу Ветров, природу этих Носителей и Статическую силу Души. Ибо сказать про них, что они так же легко двигаются здесь, как и Гении, – недостаточно, т. к. мы с готовностью захотим узнать, как это сами Гении не подвергаются этой неприятности [сильным бурям]. Поэтому мой ответ будет касаться и того, и другого.

11. То, что Ветры – это не что иное, как частицы Воды в [состоянии] их величайшего возбуждения, убедительно продемонстрировал Картезий в своих «Метеорах»[vii]. Эти частицы не столько побуждают к движению Воздух перед собой, сколько проходят сквозь него, как летящая стрела или потоки дождя и града. Поэтому одна часть Воздуха не увлекается прочь от другой, но нужно представить множество маленьких ворсинок, как будто бы они крутятся то в одну, то в другую сторону вокруг центра, наподобие того, как гладиаторы обычно вертят своё оружие и так проходят сквозь Воздух, не захватывая Воздух вместе с собой. Поскольку такова природа Ветра, Воздух тем самым не разрывается на части, хотя мы ощущаем его порыв, если он дует нам навстречу, потому что он не может проникнуть в наши Тела с той легкостью, с какой он проницает Воздух.

12. Но Носители Гениев и Душ умерших [людей] во многом подобны самой природе Воздуха, поэтому совершенно невозможно, чтобы Ветер оказывал какое-то иное воздействие на них, чем то, которое он оказывает на остальную часть этой Стихии; и, следовательно, [даже] самая малая сила, которую можно вообразить, удержит все [их] части вместе. Что верно также [и в том случае], если Ветер увлекает Воздух с собой, ибо тогда Носители Гениев продвигались бы вместе с [его] потоком, испытывая незначительное принуждение или вовсе не испытывая никакого, если только сами не решат сопротивляться ему. Но поступать так им нет необходимости, как, впрочем, нет необходимости и в том, чтобы они вообще следовали за ним, или, во всяком случае, продолжали это делать, но [вместо этого] они могли бы укрыться, как это делают другие живые Существа в домах, за стенами, в лесах, долинах, пещерах, скалах и других подходящих местах; и это достаточно здраво, [так как] изменение Воздуха и прогноз штормов более ощутимы для них, чем для любого наземного животного.

13. И все же им не нужно быть столь осторожными, чтобы избежать опасности, они имеют способность преодолевать величайшие из них, с помощью их Статической способности, которая возникает от силы направлять движение частиц своих Носителей. Поскольку у них есть эта способность направлять движение тех частиц таким образом, каким они пожелают, согласно Аксиоме 31, то необходимым образом следует, что они могут определять их [частиц] курс внутрь или к Центру, и этой направляющей силой [частицы] будут удерживаться рядом друг с другом, крепко и плотно. Эту способность я называю Статической силой Души. Если эта сила способна направить всю деятельность частиц Носителя, – как частиц первого и второго Элементов, как и Воздушных частиц, а его самого [носитель] направить частично в сторону Центра, а частично в противоположную сторону против шторма, эта сила и упорядоченность будет намного сильнее самых сильных Ветров, с которыми она [статическая сила души] может столкнуться.

14. Поэтому для Носителя Души нет угрозы от неистовства Ветров, а если бы она и была, то все же не стоит бояться, что Жизнь прекратится. Ибо Ветер, унося одну часть воздуха, приносит другую, которая может быть немедленно приведена в действие присутствием Души, хотя нет необходимости прибегать к помощи столь масштабной Гипотезы. И более вероятно, что он [душа] преимущественно связана с [какой-то] определённой частью Воздуха, и что она лишь постепенно оставляет свой Носитель, наподобие того, как уходят наши Духи через Кожное Испарение, которого мы не чувствуем.

15. Мы видим, как мало беспокойства могут причинить Носителю Души штормовые Ветры. А Дождь, Град, Снег и Гром будут беспокоить её ещё меньше. Ибо они проходят [сквозь нее] так же, как и через другие части Воздуха, которые немедленно смыкаются и не оставляют за собой ни ран, ни рубцов. Поэтому все эти Погодные явления, если они Умеренны, то доставят Душе удовольствие и освежат её, а если они будут сильными – не [причинят] длительного страдания, а в своём самом свирепом проявлении вовсе не грозят уничтожить [её] жизнь. Отсюда мы можем с уверенностью заключить, что не только Верхняя Область, но и эта Низшая может быть населена как Душами умерших Людей, так и Демонами.

 

Глава 4

1. О том, что Душа, однажды покинув это земное Тело, становится Демоном. 2. О Внешних Чувствах отделенной Души, их количестве и пределах в Носителе. 3. О Зрении в Носителе, сформированном и несформированном. 4. Как Демоны и отделившиеся Души слышат и видят на огромном Расстоянии; и почему, хотя они могут так легко слышать или видеть нас, мы не можем ни видеть, ни слышать их. 5. О том, что они обладают Слухом, а также Зрением. 6. Об Осязании, Обонянии, Способности чувствовать вкус и Питании Демонов. 7. Внешние занятия, которые Гении и Души умерших могут иметь вне Тела. 8. О том, что действия Отдельных Душ по отношению к нам весьма сходны с их жизнью здесь, на Земле. 9. Каковы их занятия, касающиеся их самих. 10. Отличия Разрядов Демонов [в соответствии с] местами, которые они чаще всего посещают.

1. Следующая вещь, которую мы должны исследовать, – это Занятость Души после Смерти; как она может развлечь себя и проводить время, и это [она совершает] либо в Одиночестве, либо в Компании, либо, как [можно предположить] она является Политическим членом какого-то Королевства или Империи. Относительно всего этого, в общем, мы можем заключить, что с ней [происходит то же], что и с остальной частью Воздушных Гениев, ἡ γὰρ ψυχὴ ἀποδυσαμένη τὸ σῶμα δαιμόνιόν ἐστι, ибо Душа, когда-то отбросившая это земное Тело, становится Гением сама, как решительно утверждают Максим Тирский[viii], Ксенократ[ix], Филон[x] и другие. Но мы должны рассмотреть эти вещи более тщательно.

2. Что касается тех Занятий, которыми она может занять себя в одиночестве, то они являются либо Объектами Внешних Чувств, либо [объектами] Внутреннего Разума. Относительно первого, то тут гораздо легче ставить Вопросы, чем [удовлетворительно] ответить на них, как, например: обладает и она таким же количеством Чувств, что и в здешней жизни. В том, что она наделена Слухом, Зрением и Осязанием, я думаю, не может быть никакого сомнения, потому что они неизбежно выпадают на ее долю, независимо от того, будет ли оформлен ее Носитель или нет; а из этих трёх Зрение и Осязание – всего вернее [ей достаются, независимо от степени организации её носителя]. Ведь поскольку ощущение [от] видимого Объекта становится доступным путем передачи Движения через те Сферические частицы, которые протянуты от Объекта через Воздух к самому нашему Органу Зрения (а он видит только из-за этих частиц, жизненно объединенных с Душой), и поскольку те же самые частицы пронизывают весь Носитель Души, то невозможно, чтобы она не видела. Но Вопрос в том, есть ли у неё зрение в каждой части носителя? На что я должен ответить: нет.  Частично [это следует] из того, что я уже сказал о Неоднородности ее Пластической части; и частично из-за серьезного затруднения, которое следует из этого Предположения. Ибо если мы допустим то, что Душа видит в каждой части своего Носителя, [то] каждый Объект, который находится рядом, будет не только казаться [ей] двойным, но и стократным или тысячекратным, что будет весьма уродливым преувеличением и искажением Зрения. Поэтому мы, имея очень веские основания, ограничили Зрительную способность души в этом состоянии Отделения [от тела], равно как это было и в Земном Теле.

3. Но это вовсе не мешает тому, что Душа, когда она располагается в единой Однородной Воздушной окружности, лишенная оформленности, может видеть вокруг себя, сзади, впереди, вверху, под собой и во всех направлениях. Но если она сформирует свой Носитель, Зрение, возможно, будет ограничено, как у нас, – ведь мы не можем видеть то, что позади нас. Этого Соображения мы касались ранее.

4. Поэтому ясно, что эти Воздушные Духи, хотя мы не можем видеть их, не могут не видеть нас; и что это возможно на большом расстоянии, если они смогут трансформировать свой Носитель или Орган Зрения в какую-то такую подходящую Фигуру, какая встроена в Диоптрические Очки. Эта способность будет бесконечно превосходить сжатие и расширение зрачка нашего Глаза, а он – лишь слабая и ущербная претензия на ту высокую Возможность, о которой мы говорим. Она, однако, весьма возможна у Духов, как убеждают [нас] Аксиомы 31 и 34. То же самое можно сказать и об их Слухе. Ибо тот же принцип дает им возможность формировать их Органы для восприятия Звуков, более искусно и качественно превосходящими возможности самого точного Акустического прибора, о котором мы читали или какой мы можем придумать.

Поэтому как-то по-детски ошибочно думать, что, поскольку мы и не видим очертаний и не слышим речи Духов, то они и не слышат, и не видят нас. Ибо мягкие Тела получают отпечаток твердых, но не наоборот; растопленный Воск получит Знак Печати, но Печать вовсе не получает отпечатка Воска. Таким образом, твердое Тело будет останавливать движение Воздуха, но Воздух не будет останавливать движение твердого Тела; и любое незначительное земное вещество будет отражать Свет, но Свет вряд ли сдвинет какое-либо земное Тело с его места, но отражается от него. Таким образом, то, что является наиболее разреженным и тонким, является наиболее пассивным и поэтому, если оно когда-то становится Носителем Чувства, оно является наиболее чувствительным.

Отсюда следует, что поскольку отражённый от Объектов Свет способен приводить в движение наши Органы, которые не столь тонки, то с тем большей неизбежностью он будет приводить в движение органы [восприятия] Гениев, и притом с бо́льшего расстояния. Но т. к. их тела состоят из прозрачного Воздуха, то мы не можем их видеть, если только они сами не возьмут на себя труд свести их к более плотной консистенции, благодаря которой они смогут отражать свет. Также мы не можем и с лёгкостью услышать их обычную речь, отчасти потому, что достаточно весьма слабого движения Воздуха для действия на их Носители, и отчасти потому, что они, видимо, могут использовать в этом действии тончайшую и более чистую часть этого Элемента, который не слишком подходит для воздействия на наше Чувство. И поэтому, если они не будут услышаны datâ operâ (приложив к этому усилия), – печально известным примером чего является Дьявол из Макона, – естественно, что то колебание Воздуха, которое случается при их обычной речи, ни за что не может [ощутимо] задеть наш Орган [слуха].

5. И чтобы не казалось, что мы сказали всё это напрасно: то, что наряду со Зрением, они обладают и Слухом, очевидно из того, что я дал понять раньше. [А именно,] что эта Способность, как и способность Зрения, размещена в Носителе рядом с Общим Сенсориумом. А поскольку Носитель всецело является Воздухом, то те его сотрясения, что вызывают ощущения Звука в нас, обязательно будут производить то же и в них [гениях]; но, возможно, с большей точностью, если они [гении] устроят свой Носитель подходящим для этого образом, это будет соответствовать тому, как Животные навостряют Уши, чтобы лучше воспринимать звуки.

6. То, что у них есть чувство Осязания – вернее верного, иначе как они могут чувствовать сопротивление, которое неизбежно в столкновении одного Тела с другим, поскольку они непроницаемы? И если говорить откровенно, то, с моей точки зрения, будет очень трудно опровергнуть, что они не обладают чем-то аналогичным Обонянию и Вкусу, которые, так сказать, состоят в весьма близком родстве с Осязанием. Ведь Испарения и Запахи, столь легко проходящие сквозь Воздух, также очень естественно проникают в их Носители. Эти Испарения, если они будут более густыми и влажными, могут вызвать ту разновидность Осязания, которую мы, Смертные, называем Вкусом, а если более тонкими и сухими, – то [ту разновидность осязания], которую мы их называем Обонянием. Если мы можем признать это, мы [остаемся] все же в разумных пределах [представления] по сравнению с другими, как [, например,] Кардан[6], который прямо-таки утверждает, что Воздушные Гении питаются, и что некоторые из них попадают в Тела Животных, чтобы обосноваться там в их Крови и Духах. Это также утверждает Марк, Месопотамский Пустынник у Пселла[7], который свидетельствует нам, что более чистый род Гениев питается путем втягивания в себя (drawing in) Воздуха, как наши Духи в Нервах и Артериях; и что другие Гении, более нечистые, всасывают влагу, не как мы Ртом, но как Губка впитывает воду. И Моисей Египетский[8] пишет относительно Забиев, что они питаются кровью своих Жертв, потому что думали, что это – пища Демонов, которым они поклонялись, и что, поедая ее, они были более способны общаться с ними. Если бы можно было верить этим вещам, то относительно Сведений о Ведьмах не было бы такой сложной проблемы [в вопросе], почему они всасывают ее. Но такие странные подробности, как не очень важные для нашей цели, я охотно опускаю.

7. Вывод из того, что было сказано, таков: очевидно то, что Гении и, следовательно, Души ушедших людей, которые ipso facto[9] являются [сущностями] одного с ними порядка, обладают чувством Ви́дения, Слуха и Осязания и, в большой вероятности, [чувством] Обоняния и Вкуса. Если принять эти Способности как данность, то им [гениям и душам умерших людей] не нужно быть вбольшой растерянности относительно того, как проводить время, пусть даже по отношению к внешним Объектам. Все наполнение Неба и Земли широко развёрнуто их взору. Они видят то же самое Солнце и Луну, что и мы, наблюдают за отдельными личностями и разговорами всех людей, и, если особый Закон не запрещает им, могут переходить по Городам и Весям, как и отметил это Гесиод:

Ἠέρα ἑσσάμενοι πᾶσαν φοιτῶσιν ἐπ᾽ αἶαν /
«Тьмою туманной одевшись, обходят всю землю»[10].

Нет ничего такого, чем наслаждаемся мы, от чего бы не перепадала им какая-то доля, если пожелают: цветущие Поля, обширные и нескончаемые Леса, приятные Сады, высокие и целительные Горы, где встречаешь чистейшие порывы Воздуха, Кристальные Реки, мшистые Источники, торжественность Развлечений, Театральные шествия и Шоу, публичные и частные Дискурсы, Религиозные упражнения, будь они в Храмах, Семьях или тайных Скитах. Они могут быть также (и, возможно, не безразличными) Наблюдателями славных и безобразных опасностей войны, будь то Морские бои или Сухопутные сражения; кроме этого – [наблюдателями] нежных и тихих, хотя иногда и не менее опасных, Битв в полях Купидона; и еще тысячи обстоятельств, которые было бы слишком долго перечислять, в которых они, возможно, не просто Зрители, а Подстрекатели людей, как пишет Плутарх[xi]: как старики, которые сами уже не могут бороться, упражняться в Гимнастике или махать Оружием, но они будут сопровождать молодых людей и помогать им в Участии в этих Упражнениях. Так что Души, покинувшие людей, хотя они и оставили вместе с Телом возможности обычных функций человеческой Жизни, но они могут благоволить и помогать им [этим функциям], и преследовать через них какой-то свой замысел, и это [они могут делать] как во зло, так и во благо, соответственно тому, что они сами испытывали, находясь в Теле.

8. Короче, каковы бы ни были Привычка и Желания Души в этой жизни, они накрепко к ней прилипают и остаются с ней в будущей жизни; и настолько, насколько она способна, она наверняка будет либо осуществлять их [привычки], либо будет, по крайней мере, Наблюдать за действиями подобного рода и оказывать им Поддержку.

– Quae gratia currum
Armorumque fuit vivis, quae cura nitentes
Pascere equos, eadem sequitur tellure repostos.
«Если кто при жизни оружье
И колесницы любил, если кто с особым пристрастьем
Резвых коней разводил, – получает все то же за гробом»[11].

Будучи правильно по́нятым, это – не поэтический образ, но основоположение Платоновской философии. И Максим Тирский выразительно говорит даже о лучшем роде Душ, которые оставили Тело и таким образом стали τῷ αὺτῷ χρῶνῳ κὰι νόμῳ δαίμονες ἀντ’ ἀνθρῶποι[12], т. е. [о душах], ставших ipso facto Гениями вместо человеческих [душ]; [он говорит] что, помимо индивидуального блаженства, которое они в силу этого получили для себя, они назначаются Богом и получают от него миссию быть Надзирателями за человечными делами, но каждый Гений не исполняет всякую обязанность, а осуществляет в другой жизни подобное [тому], какими были их естественные Наклонности и Привычки в этой жизни. И поэтому он получит [под свою опеку] Эскулапа, чтобы практиковать Медицину, Геркулеса, чтобы тренировать его силу, Амфилоха, чтобы пророчествовать, Кастора и Поллукса для мореходства, Миноса, чтобы вершить суд, и Ахиллеса, чтобы воевать. Это суждение может быть верным для Плохих Душ так же, как и для Добрых; и далее следует то, что Души нечестивых [людей] определяют своим занятием помогать и подстрекать к осуществлению таких Пороков, которым они сами наиболее предавались в этой жизни, и воодушевлять и искушать людей к ним. Отсюда следует, что они, как уже было сказано, став по своему индивидуальному состоянию Демонами, они мало чем отличаются от простых Дьяволов, если они также подбивают к злу.

9. Но помимо этих занятий по отношению к нам, они могут развлечь себя Интеллектуальными Созерцаниями, будь то Естественными, Математическими или Метафизическими. Ибо, без сомнения, Знание в этом особом состоянии Разделения не столь открыто и доступно, но [несомненно и то,] что они могут продвигаться и совершенствоваться с помощью упражнений и Медитаций. А поскольку вбездействии они способны забывать, то для них необыкновенной радостью станет восстановление в памяти прежних умозаключений, которые уже почти забыты. Идля тех, кто получает больше удовольствия во внешнем чувстве, чем в своих Мыслительных операциях, существует так много изменений в Природе и так много различных состояний Воздуха и этих низших Элементов, которые с необходимостью воздействуют на их Воздушные Тела, чтобы в той или иной степени удовлетворять или лишать их удовольствия, это также не оставляет их в бездеятельности и устремляет их к поиску таких новшеств и удовольствий, которые Природа позволяет разнообразным предпочтениям и желаниям подходящих им Носителей.

10. Тем не менее, они поддерживают постоянство к некоей общей склонности, так что они постоянно поглощены какой-то [одной] склонностью, и на этом основании всех они распределяются по Классам и Отрядам; древние Философы и Поэты (те, которые являются древнейшими Философами из всех) отмечали места, присущие каждому Порядку: Море, Реки и Источники – одному, Горы и Рощи – другому, и так далее. Откуда они также ввели эти имена: Нереиды, Наяды, Ореады, Дриады и тому подобные. К ним можно добавить опекающих Богов Городов и Стран и тех, кто любит Семейное тепло и домашний Человеческий быт, – тех, кто называется домашними Ларами. Все они и еще сотни других, которых нет необходимости упоминать, хотя они и увлечены одной лишь естественной склонностью, тем не менее возможностей, так или иначе, потакать этой склонности так много, и они так разнообразны, что их мысли могут быть заняты тем, чтобы найти и усилить те удовольствия, которые более всего согласуются с их собственной природой. Рассматривать их каждую в отдельности было бы столь же долго, сколь и бесполезно.

Этих коротких сведений достаточно, чтобы мы поняли, что Гении и Отделившиеся Души не испытывают недостатка в Занятиях, даже находясь в Одиночестве. Ибо так следует оценивать и их пребывание среди нас, ведь они, не присутствуя явно, общаются с нами, присутствующими в этом мире непосредственно.

 

Глава 5

1. О том, что Отделившаяся Душа проводит не все свое время в Одиночестве. 2.Отом, что ее общение с нами легче представить, чем с Гениями. 3. Как Гении могут быть видимы друг другу, хотя они и невидимы для нас. 4. Об их передвижениях и пределах быстроты их движения: 5. И как далеко они превосходят нас в стремительности. 6. О фигурах или очертаниях их Носителей, об их личном пространстве, когда они желают быть невидимыми. 7.О том, что они не могут нормально общаться [будучи] в простой Округлой форме (Orbicular form). 8. О том, что они общаются в человеческой форме, по крайней мере, их лучшая часть. 9. Происходит ли форма, в которой они находятся, только из Суверенности их Воли и Фантазии, или регулируется естественным Характером Пластической части Души. 10. О том, что персональные очертания Души или Гения происходят частично от Воли, а частично от Пластической силы. 11. О том, что, учитывая, как Душа формирует Зародыш в Утробе и движет нашими конечностями по [своему] желанию, было бы удивительно то, что если бы Духи, как предполагается, не будут иметь такого же контроля над своими Носителями. 12. Еще один Аргумент [исходящий] из чрезмерной эффективности, которую некоторые приписывают Воображению.

1. Но Отделенное состояние Души не обрекает ее на это Одиночество, ведь будучи допущенной к чину Гениев, она обладает их Привилегиями, которые заключаются в личном общении с этим Воздушным населением, а также иногда и сЖителями Земли; хотя последнее – с гораздо большим трудом.

2. Что касается ее общения с Воздушными Гениями и другими отделившимися Душами, то с полным основанием следует заключить, что оно является гораздо более частым, чем с людьми, и, тем не менее, это последнее в некотором роде легче представить, потому что, несомненно, она может видеть нас, т. к. свет отражается от наших непрозрачных Тел и направляется к ее Восприятию, а, уплотняя свой Носитель, она может сделать себя видимой для нас. Но т. к. Носители Гениев и Душ, находящиеся в своей естественной консистенции, являются полностью Воздушными, а Воздух – прозрачное Тело, то они будут пропускать свет полностью; а раз эти Воздушные Тела не производят никакого отражения, то они не могут воспринимать присутствие друг друга и потому не могут иметь ни сообщества, ни общения друг с другом.

3. На первый взгляд, это представляется значительной Трудностью. Но ее легко снять, если принять, что Воздух допускает много степеней Разрежения и Конденсации и все же предстает перед нами в равной мере невидимым, как можно наблюдать в Барометре. Но в этом случае было бы правильнее предложить эксперимент Пневматической пушки, в которой Воздух сжимается до множества степеней Конденсации сверх его естественного состояния; в пределах многих из них, разве что не в самом последнем, вне всяких сомнений, Воздух остается невидимым для нас. Но, конечно, не следует сомневаться, что по мере увеличения этих степеней Конденсации Воздух, если бы он был в Стеклянной бочке, мог бы стать видимым для Гениев по причине чуткости и деликатности их Чувств, прежде чем он оказался бы таковым для нас.

Отсюда следует, что Носители Гениев могут иметь консистенцию, отличную от Воздуха и воспринимаемую для них, то есть для зрения друг друга, хотя она так же неуловима для нас, как и остальная часть Воздуха. Как, может быть, человек, который имеет плохое зрение, не смог бы на Вид отличить Лед, погруженный в Воду, от самой Воды, хотя он мог бы [определить его] своим Осязанием. Или если бы их Носители могли бы быть чище и тоньше, чем остальная часть Воздуха, их присутствие тоже было бы воспринимаемо по этой причине. Ибо этот парообразный Воздух, без сомнения, содержит в себе смутное отражение света, – во всяком случае, в какой-то пропорции, подобно Туману, или когда Солнце светит бледно и предвещает дождь. Поскольку эти отражения света являются для Гениев более ощутимыми, чем для нас, то [и] их убывание было бы более ощутимым, и поэтому уменьшения отражения от их Носителей было бы достаточно, чтобы обнаружить их присутствие друг для друга. И для иллюстрации этой гипотезы больше подходит эксперимент с Барометром. Но другое предположение, которое я рассматриваю как более правдоподобное, и это то, что как водные Животные, живущие в Море, имеют консистенцию плотнее, чем Элемент, в котором они двигаются, так и те, кто живут в Воздухе, [имеют консистенцию, плотнее, чем у него], только различие вовсе не столь значительное, как в том другом Элементе.

4. Поэтому очевидно, что Личности Гениев и отделенные Души являются видимыми друг другу. Но все же [видимы] не на любом расстоянии, а потому [им] есть необходимость сближаться друг с другом для взаимного общения. Что вынуждает нас сказать кое-что об их Локальном Движении. Оно совершается не при помощи Плавников или Крыльев, как у Рыб и Птиц, которые вынуждены поддерживать себя этими инструментами, чтобы не упасть на дно того или другого Элемента, но это [движение] совершается при помощи направленности волнения частиц их Носителя по направлению к месту, которое является их целью. И с той скоростью или неспешностью, которая лучше всего удовлетворяет их и соответствует их природам. Ибо они не могут двигаться быстрее, чем общая совокупность возбуждения их частиц будет переносить такое количество Материи, да [даже] и так быстро [не могут двигаться]; ибо это подразумевает, что Носитель будет превращаться в совершенно твердое Тело, как Медь или Железо, или что-нибудь более прочное; в этом случае они необходимым образом будут падать на Землю такими мертвыми, как Камни. По этой причине будут фантастическими домыслами те, что приписывают Духам такую подвижность, как если бы они могли одновременно быть здесь и там, где-нибудь еще, перескакивая с одного Полюса Мира к другому, и в то же время вновь оказываться на Земле. Тогда как в действительности они могут перемещаться не с большей скоростью, чем позволяет направленность такого элемента возбуждения частиц их Носителей, чтобы по возможности исходить от того, что служит им к сохранению в пределах допустимой границы соответствующей Воздушной текучести.

5. И одного этого достаточно, чтобы позволить им намного превосходить нас в активности и скорости. Ибо, по-видимому, весь их Носитель тонок и подвижен по крайней мере в той же степени, что и наши Животные Духи, которые весьма малы в сравнении с их грузом земного Тела, которое им приходится собой двигать. Но духовные Тела Гениев не имеют ничего, чтобы переносить собой, кроме себя самих; и поэтому они более свободны и легки в сравнении с нами, как ретивый Боевой конь, который сбросил своего всадника, в сравнении с Ломовой лошадью, нагруженной мешком с Солью.

6. Следующая вещь, на которую следует обратить внимание, касающаяся взаимного общения этих воздушных Гениев, это – очертания, в которых они являются один другому, что это за Фигура, и [является] ли эта Фигура Естественной или Произвольной, или Смешанной. Ибо то, что они должны появляться в той или иной Фигуре, очевидно из того, что протяжность их Носителей не бесконечна. Наиболее общее Мнение таково, что нет исключительной Фигуры, которая присуща им естественным образом, разве что эта [фигура] будет самой простой из всех Фигур и такой, форму которой легче всего принять, даже при помощи внешней [силы], которую представляет равное сгущение Воздуха со всех сторон Носителя, благодаря чему [, например,] капли Росы и Дождя и шарики Града столь обычно принимают такую Форму. Она [круглая форма] также будет лучше подходить природе Души, если мы предположим, что она состоит из Центральной и Радиальной сущностей, как я описал выше, а Общий Сенсориум будет располагаться посредине. Оформившись в такую Фигуру, Душа может находиться в Воздухе и, возможно, переводить себя (т. е. свой носитель) в жидкое состояние, весьма близкое к состоянию смежного с ней Элемента [воздуха], так что в некоторой степени это может быть похоже на то, как мы удаляемся от людей, когда хотим побыть наедине сами с собой.

7. Но она может, если пожелает, и даже, как кажется, с гораздо большей легкостью, поменять эту консистенцию Воздушного Тела на такую степень тонкости, что ее едва ли можно будет обнаружить, как мелькание Рыбы под водой; а может, кроме того, сделать ее более видимой для ее собрата-Гения, хотя и сохраняя при этом ту простую Округлую форму. Но что за общение может быть между двумя такими скоплениями одушевлённого Воздуха, я не знаю. Они вполне могут сообщать свои Душевные состояния друг другу так, как это, бывает, можно передать Взглядом, когда движения Духов проявляют очевидным образом Страсть Ума. Так что может показаться возможным в этой простой Фигуре путем модификации Духами движения своих Носителей, становится узнаваемыми радость или печаль, миролюбие или гнев, любовь или отвращение. Но каким образом можно удовлетворительно осуществить какой бы то ни было интеллектуальный или целесообразный обмен мыслями, без какой-либо дальнейшей организации их Воздушных Тел, я, признаться, теряюсь в понимании.

8. Таким образом, Гении и отделившиеся Души независимо от их собственных очертаний проявляются в более сложной и четкой форме, когда они вступают в общение друг с другом. Ибо они могут изменять свою Фигуру желаемым ими способом, согласно Аксиоме 34. Эта способность, я полагаю, может иметь применение не только для практических нужд, но для украшения и привлекательности. И наиболее совершенная Красота, безусловно, – та, что встречается в лучших экземплярах людей (обоего пола) и намного превосходит остальные создания. Это не только наше суждение, но и Того, кто создал нас. Ибо определенно он хотел придать Лучшему из земных Животных благороднейшую форму и очертание, которая, впрочем, весьма затемнена нашим злополучным Грехопадением; однако, несомненно, её деформация не столь велика, чтобы мы не могли хотя бы приблизительно догадываться о том, что она [эта форма] собой представляла прежде. Поэтому наиболее разумным [будет] предположить, что Воздушные Гении общаются один с другим в Человеческом облике, – по крайней мере, их лучшие их представители.

9. Но теперь возникает затруднение, является ли этот Человеческий контур, в который Душа трансформирует свой Носитель, простым следствием Суверенитета ее Воли над Материей, на которую она воздействует, или эта ее Воля может быть в какой-то мере ограничена или опреде́лена в ее действии сопутствующим проявлением Пластической силы; так что то, что исходит от Воли, может иметь только более общий характер, то есть Воля Души может только направлять Носитель в Живую форму. Но форма или контур Человека может происходить более естественным путем из сопутствующего проявления Пластической свойства. Я полагаю, [это происходит] более легким и естественным путем, ибо сильное стремление видоизменить [свою] фигуру в другой образ может сделать его [образ] похожим на какое-то другое существо. Но ничто, созданное принудительно, не может сохраняться длительное время.

Поэтому наиболее простым и естественным обликом, в котором являются Гении (по крайней мере, лучшие [из них]), является Человеческий. Если принять это как данность, то можно принять как правдоподобное то, что какой-нибудь определенный человеческий облик может оказаться более удобным и естественным, чем другой, и что Душа, когда она пожелает проявиться в персональной Фигуре, трансформирует свой Носитель в определенное постоянное подобие, если только она намеренно не скрывает себя Т. е. Пластическая способность каждой Души, будь то Человека или иного Гения, проявляется естественным образом в различных модификациях Человеческого контура, который является собственной Сигнатурой всякой партикулярной или индивидуальной личности; эта сигнатура, хотя и может быть слегка измененной при Рождении силой Воображения Родителей или качеством их семени, все же Душа, освобождаясь от того тела, которым она обладала здесь, может точно восстановить свою прошлую форму снова.

10. Однако не Пластическая сила, пробудившись по Приказу своей Воли, отдельно воссоздает отличительные черты, которые она произвела в этом Земном Теле (ведь их изобилие бесполезно и не служит никакой цели, и потому они по воле Провидения будут сдерживаться в этом Воздушном образе, а действовать будут лишь те, что соответствуют данному отделенному состоянию, и это – те, что требуются для воплощения визуальной формы Личности, со всеми её составляющими, будь то для украшения или для использования в целях Рационального общения). И не одна только эта Оформляющая способность определяет целостное проявление (потому что эти воздушные Духи представляются в различной оболочке: в одном случае подобны красивой Девам, в другом подобны доблестным Воинам в Шлемах и Плюмажах из перьев, как заверяет нас Филострат, Ахиллес являлся Аполлонию). Но действие и следствие смешаны, и результат получается частично от свободного [действия] Воли (freeness of the Will) и Воображения, частично от естественной склонности Пластической способности приводить Носитель к такому персональному контуру.

11. Эта Прерогатива Души, [заключающаяся] в обладании этой способностью таким образом очерчивать по своей воле свой Носитель, хотя и может показаться весьма странной, потому что мы не видим, чтобы это совершалось у нас на глазах, и не часто думаем о таких вещах; все же она не намного более удивительна, чем то, что она [душа] формирует Плод во чреве, или что мы можем двигать частями нашего Тела только с помощью нашей Воли и Воображения. А приводить примеры того, что Воздушные духи могут делать такие вещи, что они могут придавать форму своим носителям и сами трансформироваться в разные проявления, мне нет необходимости. Все те рассказы, что я привел в своей Третьей Книге «Против Атеизма», основательно доказывают эту Истину. И поистине, принимая во внимание великую способность, признанную за Воображением всеми Философами, ничто не кажется более странным, чем то, что эти Воздушные духи не могут иметь такой власти над собственными Носителями, чтобы трансформировать их по своему желанию.

12. Потому что есть некоторые, и это не безвестные люди, которые приписывают этой Способности столь удивительные проявления, вооруженные Убежденностью и Верой (сюда можно в некотором роде отнести Сильный Страх, т. к. это сильная вера в нависшее зло, и эта вера очень влиятельна, а также и сильное Желание, поскольку оно в значительной степени сопровождается убежденностью в том, что мы можем получить желаемое, а иначе эта Страсть не была бы столь энергичной), я полагаю, они приписывают столь удивительную силу Воображению, что они утверждают, что оно может не только изменять собственное человеческое Тело, но и действует на другие [тела], и это [осуществляется] на расстоянии; что оно может причинять вред здоровым людям, а также лечить больных; что оно может вызывать Град, Снег и Ветер; что оно может опрокинуть Лошадь или Верблюда и сбросить их Наездников в канаву; что оно совершает все чудеса Колдовства, вплоть до вызывания Привидений и Духов при помощи трансформации окружающего Воздуха в человеческий облик, который не только можно видеть и ощущать, но [также] можно слышать, как он говорит, и это касается не только одного того человека, чье Воображение создает это воздушное видение (airy spectrum), но и других, находящихся рядом, чье Воображение никак не участвовало в его [этого виде́ния] осуществлении. Авиценна, Альгазали, Парацельс, Помпонаций, Ванини и другие превозносили силу человеческого Воображения до такой степени. И если они были бы правы, трансфигурация Носителей отделившихся Душ и Гениев [о которой говорим мы] была бы совершеннейшим мелочью по сравнению с этим.

 

Глава 6

1. Более достоверные Случаи действия Воображения. 2. Особенные и необычные Случаи Сигнатур Плода. 3. О том, что это подтверждает Фьен, который осмотрительно ограничивает силу Фантазии, являющуюся достаточной для данной цели. 4. Примеры, подтверждаемые Фьеном. 5. Некоторые Примеры, отвергаемые им, и все же подтвержденные Фернелиусом и Зиннертом. 6. Три известных Истории воздействия Материнского Воображения на Плод, [заимствованные] у Гельмонта. 7. Предположительный вывод из этих Историй [о том], что влияние Духа Природы имеет место во всех Пластических действиях. 8. Следующее подтверждение Предположения [исходящего] из Сигнатур Плода. 9. Его применение к трансфигурации Носителей Демонов.

1. Но я должен удержать свои убеждения в более умеренных пределах, которые, по мнению наиболее трезвых Авторов, позволяют быть достаточными для нашего случая; и это – сила [воздействия] Воображения на наши собственные Тела или на то, что заключено внутри наших собственных [тел], то есть Плод в утробе Матери. Ведь то, что это Воображение приносит реальные и ощутимые последствия, ясно из того, что некоторые [люди] вызвали в своих телах болезни, слишком сильно представляя их себе, а [некоторые] вызвали реальные ощущения вкуса во рту, представляя себе горечь или кислоту; при воспоминании о каком-то грязном Объекте, вызывают рвоту; при воображении Зелья вызывают понос и многие подобные вещи такого рода. Среди прочего то, что мы предписываем себе время, в какое утром мы проснемся, не менее замечательно, чем что бы то ни было. Эти изменения в Духах для создания таких качеств всякий раз так же трудны, как распределение их к новым фигурам или положениям.

Но самое сложное из всего – сделать их столь целенаправленно действующими, чтобы изменить очертание Тела, предпосылая такие выпуклости, как рога, как это случилось с Киппусом, о котором Агриппа говорит в своей «Оккультной Философии» (I.64)[13]. Что я не должен был бы повторять здесь, если бы не был достоверно информирован о более позднем примере подобного эффекта Воображения, хотя и на более причудливых основаниях. То, что Страх убил некоторых, а других сделал седыми, следует отнести также к Воображению: последние примеры являются признаком того, что Пластическая способность Души имеет некоторое влияние даже на волосы. Что сделает менее удивительным то, что Носитель Души может быть превращен в живое изображение Человека и при этом не потеряется ни один волосок – что необходимо для его совершенного воспроизведения, – при том, что свободное Воображение помогает (в другом, будущем, состоянии) Пластической Силе, довершая ее начинание.

2. Но из всех Примеров, Сигнатура Плода Воображением Матери подходят ближе всего для нашей цели. Ибо мы можем легко допустить, что как Пластическая сила в Плоде направляется или ослабляется силой Материнской Фантазии, как Формирующая способность в отделенных Душах и в Гениях может быть руководима и направляема или изменена силой их Воображения. И это настолько же более верно, насколько союз между Воображением Души и ее собственной Пластической способностью крепче, чем [союз] между ней и Пластической способностью другой Души, а способность изменяться больше у подвижного Воздушного носителя, чем у плотных первоэлементов Плода в утробе.

3. И все же влияние силы Материнского Воображения при сигнатурах Плода очень удивительно, и почти невероятно для тех, кто не исследовал эти вещи. Однако наиболее образованные Врачи и Философы сходятся в том, что это – правда, такие как Эмпедокл, Аристотель, Плиний, Гиппократ, Гален и все современные Врачи, убеждённые каждодневным опытом. Ведь таковые Сигнатуры, меньшей экстравагантности и необычности, достаточно часты, [которые придают] подобие Вишни, Шелковице от красного Вина, пролитого на женщину с ребенком, и многие другие подобные примеры. И если мы останемся, по крайней мере, верны тому, что определил по этому поводу Фьен[14], который, я думаю, вел себя так осторожно и благоразумно, как только возможно, мы получим достаточно [такого], что убедит нас в том, к чему мы стремимся. Ибо он признает, что Воображение Матери может изменить фигуру Плода так, чтобы она приобрела сходство, хотя и не совсем совершенное, с Обезьяной, Свиньей, Собакой или любым подобным Животным. Подобные же вещи он утверждает и относительно цвета, волос и разного рода наростов: что оно [воображение] может производить нечто очень похожее или аналогичное рогам и копытам и может увеличивать размеры и число частей Тела.

4. И хотя он отвергает несколько примеров, которые он заимствовал из Авторов, все же те, которые он допускает как истинные, являются достаточно простыми Примерами (Indications) того, что мы можем предположить в Носителе ушедшей Души или Демона. Это касается как Волосатой девочки из [сочинения] Марка Дамаскина[15], так и другой из [сочинения] Гийома Парадина[16] – Ребенка, чья кожа и ногти напоминали медвежьи, и третьей [девочки] из [сочинения] Балдуина Ронсая[17], родившейся смножеством наростов, цветных и фигурных, как у Турецкого индюка; и четвертой из [сочинения] Пареуса[18] – той, которая родилась с головой, похожей на Лягушачью; и, наконец, [пример] из Авиценны с цыплятами с ястребиными головами. Все эти девиации Пластической силы происходили от силы Воображения в Женщинах либо во время Зачатия, либо в период вынашивания их потомства.

5. Но он колеблется принимать другие [примеры], которые, однако, признают весьма ученые Писатели. Как те примеры о Черных Мавританцах, рожденных от белых Родителей, и о белых Детях черных [родителей], в экспозиции картин, изображающих Эфиопа или Европейца. С чем согласны оба этих прекрасных Врача: Фернелиус[19] и Зиннерт. Он также отвергает тот [случай] из Корнелия Геммы, сМладенцем, который родился с раненым и истекающим кровью Лбом, из-за того, что муж угрожал своей жене, когда та была беременной, направленным в ее лоб обнаженным мечом. Что не покажется таким уж невероятным, если мы рассмотрим записи Зиннерта о его собственных исследованиях, – а именно, что беременная Женщина, увидев, как Мясник делит Свиную голову своим Топором, родила своего Ребенка с лицом, расщепленным в верхней челюсти, небе и верхней губе до самого носа[20].

6. Но наиболее известными примерами такого рода являются случаи из «De injectis materialibus» Гельмонта[21]. Первый – это пример с женой Тейлора в Меклине, которая стояла у своей двери и видела, как во время ссоры отрубили руку солдату. Она тотчас впала в [родовые] схватки и, будучи пораженной ужасом от зрелища, родила ребенка с одной рукой, – при этом вторая рука, та, что без кисти, истекала кровью; так что ребенок умер от большой кровопотери. Другая женщина, жена некоего Маркуса Де Фогелера, купца из Антверпена, в 1602 году увидев солдата, просящего подаяние, который лишился правой руки во время осады Остенда и показывал ее людям, все еще окровавленную, в скором времени впала в схватки и родила дочь с одной ущербной рукой: вместо руки был лишь кровавый обрубок, ккоторой хирургам пришлось применить свое искусство. Впоследствии, как пишет Гельмонт, эта женщина вышла замуж за купца Хуккамера из Амстердама и была жива еще в 1638 году. Он добавляет третий пример жены другого Купца, его знакомой, которая услышала, что утром должны были быть обезглавлены тринадцать мужчин (это произошло в Антверпене во время правления герцога де Альба), и из любопытства пошла посмотреть на казнь. Так что она нашла удобное место, чтобы присутствовать при этом Трагическом зрелище, в Доме одной вдовы, своей подруги, жившей у рынка; под воздействием увиденного она внезапно впала в схватки и родила младенца идеальной формы, но без головы и с окровавленной шеей, как у тех тел, головы которых были отрублены у нее на глазах. И еще вызывает удивление то, что руки, плечи и голова этих младенцев так и не были обнаружены. Откуда Ван Гельмонт делает вывод о проницаемости телесных величин, но несколько безосновательно, я здесь обсуждать не буду.

7. Если те истории, которые он рассказывает, правдивы (а я должен признаться, что не очень хорошо знаю, как их опровергнуть, – ведь он рассказывает их с такими точными и правдоподобными деталями), они являются замечательными примерами силы Воображения, и такие истории завоевывают доверие не только к себе, но также к другим, которые отверг Фьен, не только к историям, касающихся нанесения увечий телу Младенца, но и к [случаям] большего уродства строения частей [тела], один-два примера которых мы не замедлим привести.

Тем временем, хотя я более тщательно рассматриваю эту странную способность и силу Души Матери, в которой имеет место не столь высокая степень чистоты или исключительности, чтобы она могла совершать такие чудеса, все же я могу их назвать, скорее, естественными эффектами. Но я не могу полагать более, чем обычно склонен думать, что Пластическая способность Души Младенца или какие бы там ни были влияния от Воображения Матери не является адекватной причиной формообразования Плода: вещь, о которой Плотин где-то говорит, между прочим, как я уже отмечал, а именно, что Душа Мира, или Дух Природы, помогает в этом перформансе. В чем, если это правда, мы обнаружили причину, пропорциональную такому чрезмерному Эффекту. Ибо мы можем легко допустить, что глубоко-страстная фантазия Матери захватывает Дух Природы в поддержку. Этот Дух может рационально быть признан причастным к оформлению всех витальных Существ в Мире и быть, возможно, единственным Агентом в формировании всего разнообразия Растений.

В каком бы виде она ни проявляла свою силу в любых других Элементах, кроме Земли и Воды, я не сделаю дальнейшего вывода, каковы тогда могут быть ее возможности в более спокойных Областях Воздуха и Эфира. Чуть больше ясности для правильного понимания этой гипотезы, добавит то, что мы сказали относительно Видимости и Консистенции воздушных Демонов при их встречах друг с другом.

8. Но это не единственный Аргумент, который заставляет думать, что этот Дух Природы вмешивается в Оформление Плода. Ибо те Сигнатуры, которые наложены на Младенца Материнской фантазией в акте Зачатия, не могут быть правильно поняты без этой Гипотезы. Ведь что может быть Субъектом такой Сигнатуры? Не Пластическая часть Души Матери, ибо Материнская Душа не формирует Эмбрион, как изобретательно предполагает Зиннерт[22], исходя из способа формирования [эмбрионов] Птиц, [формирование которых совершается] в Яйцах, вне [тела] Самки, и которые также легко могут вылупиться без всякой Самки, что обычно практикуется в Египте; и не Тело Эмбриона, ибо оно [яйцо] еще не имеет Тела, и не его Душа, ибо Души, если верить Аристотелю, там еще нет. Но Дух Природы присутствует везде и он, вступая в согласие с силой Воображения Матери, сохраняет Отметину и обязательно запечатлевается на Теле Младенца.

Ибо тот грубый отпечаток, которому положила начало Душа Мира в Материи Плода, – эта Сигнатура, сохраняется во всем замысле, а после того, как он завершен присутствием и действием конкретной Души Младенца, которая согласуется сообразно со структурой Души Мира и получает свои характерные черты (footsteps); она [душа мира] когда-то вначале [внесла] некий штрих ко всему замыслу, и она так же способна следовать ему в любом месте, где бы она ни оказалась, [оставаясь] подобной или, вернее, тождественной себе. Ибо, как наша Душа, будучи единой, все же под [воздействием] различного характера Духов проявляет себя в различных фантазиях и представлениях, так и Душа Мира, будучи совершенно одинаковой везде, связана необходимостью (is engaged to) проявлять свою Оформляющую силу везде в равной мере, где Материя точно такая же [как человеческий плод].

Поэтому было бы неудивительно, если вышеупомянутые Цыплята с Ястребиными головами, вылупились на расстоянии ста миль от Курицы, чье Воображение было нарушено во время акта Зачатия. Потому что Душа Мира сделала набросок, которому она сама обязательно будет следовать везде, как Геометр, [который] безусловно, знает, как нарисовать Круг, соответствующий трем данным Точкам.

9. Поэтому Суждение Плотина [о том], что Душа Мира вмешивается и проникает во все рождения вещей, покуда Материя текуча и податлива, не является ни иррациональным, ни непостижимым[xii]. Оно побудило бы человека поверить, что она [душа мира] не бездействует во [время] трансфигурации Носителей Демонов, но способствует их фантазиям и желаниям и, таким образом, помогает одевать их [в носитель] и украшать их в соответствии с их собственными пожеланиями, или это может совершаться иногда против их воли, как неповоротливость Материнской Фантазии вынуждает ее произвести Чудовищный (Monstrous) плод.

 

Глава 7

1. Три примечательных Примера Сигнатур, отвергнутых Фьеном: 2. И все на этот момент допускаются как возможные, как соответствующие нашему плану. 3. О том, что Вишня Гельмонта и морской Краб Лицета являются сильными аргументами того, что Душа Мира имеет отношение ко всем Оформлениям как Животных, так и Растений. 4. Пример наиболее точной и яркой Сигнатуры из Кирхера: 5. Вместе c его суждением об этом. 6. Еще один Пример из него о Ребенке с седыми волосами. 7. Применение того, что было сказано до сих пор в отношении Сигнатур Плода к трансфигурациям воздушных Носителей отделившихся Душ и Демонов. 8.Об их персональной трансфигурации, видимой для нас.

1. Из прочих Примеров Отметин Плода [под воздействием] Материнской Фантазии, которые отверг Фьен[23], первый – из Вьера[24]: о мужчине, который угрожал своей жене, когда она была беременна ребенком, говоря, что она вынашивает Дьявола в своей утробе, и что он убьет его, вследствие чего вскоре после этого она родила Младенца, хорошо сложенного от середины [тела] книзу, но в обратном направлении покрытого черными икрасными пятнами, с глазами на лбу, с ртом, как у Сатира, ушами как у Пса и с кривыми рогами на голове, как у Козла. Другой – из Людовика Вивеса[25]: об актере, который, вернувшись домой в костюме Дьявола, чью роль он исполнял на Сцене, и, вступив в связь с женой в этом обличье, приговаривая, что он породит Дьявола в ней, оплодотворил её Монстром совершенно дьявольского вида. Третий и наиболее замечательный [пример] из Перамата (Peramatus) – о Монстре, родившимся на [острове] Св. Лаврентия в Вест-Индии; в 1573 году рассказ об этом был передан Герцогу Медина Сидонии из очень надежного источника. [О том,] как там в то время был рожден Младенец, который, помимо ужасной деформации рта, ушей и носа, имел на голове два рога, как у молодых Козлов, длинные волосы на теле, мясистый пояс вокруг поясницы: двойной, откуда свисал кусок плоти наподобие сумы, и бубенчик из плоти на левой руке, как те, которые используют Индейцы, когда танцуют, [а также] белые удвоенные наросты из плоти на ногах. Короче говоря, весь [его] вид был ужасным и дьявольским, и воспринимался порождение от какого-то чудовищного страха, который испытала [его] Мать от древних танцев Индейцев, среди которых иногда появляется сам Дьявол.

2. Эти Повествования Фьен отверг не как ложные, но т. к. они не были вызваны какой-либо естественной силой; или принимая, что даже если бы причина была естественной, то описания слегка приукрашивают истину[26]. Но в то же время он прямо признает, что силой одного только Воображения могут быть созданы образы, имеющие облик вещей, которые упоминаются [в этих рассказах], хотя [в действительности] те дьявольские фантазмы не могли иметь подлинных рогов, копыт, хвоста или какой-либо иной части, специфически отличающейся от природы Человека. Того, что он признает, этого нам [для нашей цели] достаточно.

3. Фортуниус Лицет[27] более либерален в своих допущениях, признавая не только то, что Рожденные от Женщины могут быть очень выразительно искажены в некоторых своих частях наподобие Зверей, но и то, что Химерическое воображение в Снах может также воздействовать на этот [процесс], как и Фантазии или внешние Объекты, когда они [женщины] бодрствуют. В числе случаев подобного рода он приводит Пример, более чем подходящий для нашей цели, – о Сицилийской матроне, которая случайно увидела в руке Рыбака только что пойманного Краба, размером больше обычного; когда же ее доставили домой, она родила Краба (атакже и Ребенка) совершенно похожего на тех, что обычно вылавливают в Море. Рассказ об этом происходил от надежного человека, который и знал Женщину, и видел Краба, которого она родила.

Вишня Гельмонта[28], так часто им поминаемая, – как она была зеленой, бледной, желтой и красной, какими бывают [все] другие Вишни соответственно временам года, – является чем-то подобным; иными словами, приближается к идеальному роду Вишни, как это было с Крабом; растительная жизнь Вишневого дерева проявляется в какой-то мере в одном, как жизнь одного Животного была совершенным образом [проявлена] в другом. Что подтверждает то, что мы говорили ранее: что сила нашего Желания и Воображения может неожиданно вовлекаться в согласие с Духом Природы и заставить его действовать, а, однажды начав [действовать], он уже не прекращает, если будет подходящая Материя для [такой] работы над ней; и, будучи одинаковым во всех местах, он в сходных обстоятельствах воздействует одинаково на одинаковую Материю. Ибо Корнем и Душой каждого Растения является Дух Природы; благодаря его силе эта Вишня зацветает и созревает в соответствии с сезонами Страны, где находился человек, который получил эту живую Сигнатуру.

Эти два случая являются весьма сильными аргументами [в пользу того], что Душа Мира должна участвовать во всех Оформлениях: будь это для Растений или Животных. Ибо ни Детская Душа, ни Материнская, по всей вероятности, не могли бы сформировать этого Краба, хотя Мать с помощью этой необыкновенной силы Желания и Воображения могла бы побудить Мировой Дух, который покушается на то, чтобы из любой подходящей для порождения Материи тем или иным путем создать нечто, и, будучи детерминированным фантазией Женщины, может нанести отпечаток [того] образа, что есть в ее Сознании, на влажные ткани в ее Утробе.

4. Поэтому, если бы Фьен рассмотрел [вопрос о том], из каких причин могут возникать Сигнатуры, он не был бы столь скрупулезным в предположении, что в каждом из них [этих случаев] донесена необходимая степень точности, или если бы он имел счастливую случайность встретить столь примечательный пример, как те, о собственной встрече с которыми заверяет Кирхер. Ибо тот излагает историю человека, который пришел к нему вот по какой причине: чтобы узнать его мнение [о том], что некая необычная Сигнатура, которую он от рождения имеет на своей Руке, способна предвещать; он, мол, советовался с Астрологами и Кабалистами, которые пообещали [ему] великие успехи: одни, угадывая их во Влиянии Звезд, другие – в наложении тайной Печати Ангелов. Но Кирхер не стал бы выносить суждение о том, о чем знал только с [чужих] слов, хотя тот [человек] вполне определенно сказал ему, что это [т. е. рисунок на руке] был Папа, сидящий на своем Троне со Змием у его ног и Ангелом, возлагающим Корону на его голову[29][xiii].

Поэтому человек, желая услышать дальнейшее подтверждение этих чаяний (которые он воспринял из благосклонных предположений других) со стороны такого ученого мужа, тут же с готовностью снял сой камзол и показал свою Руку Кирхеру; а тот, рассмотрев ее со всей возможной тщательностью, утверждает, что Сигнатура была настолько совершенна, что казалась, скорее, произведением искусства, чем [созданием] отклонившейся от нормы Природы. И тем не менее после некоторых наблюдений он убедился достаточно, что это было произведение Природы, а не Искусства, хотя оно и было искусственным изображением, которое сымитировала Природа, то есть изображением Папы Григория XIII, которого иногда представляют в соответствии с этой Сигнатурой, а именно: на Троне, со Змием под ногами и опирающимся одной рукой на свое Кресло, и другой, протянутой в жесте, которым дают Благословение, и Ангелом, раздвигающим Занавес и протягивающим Корону к его голове.

5. Поэтому, оставив суеверия и глупости ложных Каббалистов и Астрологов, Кирхер сказал ему правду, хотя совсем не столь приятную, чем их ложь и лесть, а именно, что эта Сигнатура не была отпечатлена ни каким-либо влиянием Звезд, ни Печатями Ангелов, но что она была следствием Воображения его Матери, которая вынашивала его и которая в некоем более чем обычном приступе расположения по отношению к этому Папе, чье изображение она увидела в какой-то Часовне или в другом месте своего благочестивого поклонения и к которому имела возможность прикоснуться, отпечатлела этот образ на Руке своего Ребенка, как это обычно бывает в таких случаях. Что, несомненно, было истинной разгадкой тайны.

6. Тот же самый Автор пишет, как он был приглашен другом, чтобы понаблюдать другое необыкновенное чудо (а именно чудом полагал это явление пригласивший его друг), чтобы он мог вынести свое суждение об этом. Это было не что иное, как обнаженный Младенец около четырнадцати дней от роду, волосы которого были седыми, как на голове, так и на бровях. Его друг, Аптекарь, счел это великим Чудом, пока ему не сообщили о причине этого явления, [состоявшей в том,] что Мать, родившая его, будучи замужем за стариком, голова которого была бела, в страхе, что её седовласый муж застигнет ее в акте Прелюбодеяния, наложила отпечаток этого цвета на Младенце, которого она вынашивала. Упоминанием этой Истории я не мог пренебречь, так как она служит доказательством того, что именно особенная сила Фантазии включается в действие при формировании и изменении Материи, не отклоняясь даже в цвете волос, как я кое-что уже отметил в этой связи.

7. И, наконец, чтобы завершить и оставить эту насыщенную Тему. Вынуди Сила Воображения к согласию Дух Природы или Душу Младенца, или и то, и другое, очевидно, что эффекты являются примечательными, и иногда очень точно отвечают Идее Беременной [женщины], наложенной на влажную и текучую (ductil) материю в Матке. Однако эта [сила воображения], не является чем-то столь же текучим, как теплый воздух, ни Душой Матери, настолько единой с душой Младенца, как отделившаяся Душа едина с Собой, ни [чем-то], что так исключительно соединено с Телом Младенца, как отделенная Душа со своим собственным Носителем, ни [чем-то], имеющим некую более близкую или более таинственную связь с Духом Природы, чем она, когда ее Пластическая часть под воздействием Суверенитета ее Воли и Воображения является организатором своего Носителя в определенные очертание и форму, что является своего рода мгновенным рождением индивидуальной Личности от той или иной отделившейся Души или какого-либо Демона. Следовательно, мы можем быть полностью уверены, что есть такая способность в Гениях и Отделившихся Душах, которая позволяет им легко и точно трансфигурировать себя в очертания и формы, подходящие их собственному характеру и природе.

8. Все это я имел в виду до сих пор в отношении их видимых общений друг с другом. Но они время от времени становятся видимы для нас также под личиной каких-либо Животных, что, несомненно, для них гораздо труднее, чем та другая Видимость. Однако это также возможно, хотя, несомненно, более необычно, т. к. является более неестественным. Ибо возможно Умением (by Art) сгустить Воздух так, чтобы свести его к видимой непрозрачности, – а некоторые сделали это, и, в частности, друг Декарта, которого он упоминает в своих Письмах, как проводившего этот Эксперимент[xiv], – Воздух получает эту непрозрачность путем сдавливания Шара [состоящего] из него. Хотя Отделившиеся Души и Духи и могут совершать это с помощью такой направляющей способности (о чем см. Аксиому 31), все же, безусловно, это было бы очень трудно. Ибо поскольку первый Элемент находится внизу, то, если Воздух не будет стянут слишком плотно, это вызовет неблагоприятное нагревание, а если будет [стянут], – то столь же неестественный холод и столь короткий отрезок времени сделает первый Элемент слишком большим или слишком маленьким, так что он, возможно, станет очень твердым, – по крайней мере, для этих низших Духов, чтобы [они могли] устойчиво удерживаться в надлежащем среднем [состоянии]. И поэтому, когда они появляются, не исключено, что они насыщают свои Носители некими парообразными или густыми влажностями или [чем-то] иным, так что они могут стать видимыми для нас гораздо легче.

 

Примечания

* Продолжение; начало см. в: ΕΙΝΑΙ: Философия, Религия, Культура. Т. 9. № 2 (18), 2020, С. 18–61; Т. 10. № 2 (20), 2021, С. 39–102; Т. 11. № 1 (21), 2022; Т. 11. № 2 (21), 2022. Перевод с англ. и примечания О. Ю. Бахваловой и А. В. Цыба. Перевод выполнен по изданиям: More H. Collection of Several philosophical writings of Dr. Henry More, fellow of Christ’s College in Cambridge. London: Printed by James Flesher, for William Morden Book-feller in Cambridge, 1662; More H. The Immortality of the Soul // International Archives of the History of Ideas, № 122 / Edited by A. Jacob. Dordrecht: Martinus Nijhoff Publishers, 1987. В квадратных скобках [ ], поставленных в тексте, мы даем смысловое дополнение или адаптированный вариант перевода. Буква [М] в примечаниях указывает на аутентичное примечание Г. Мора; примечания А. Джейкоба вынесены в конец текста.

В рамках исследовательского проекта Российского научного фонда, грант № 23-28-00753, проект «Оригенизм Кембриджской школы» // The reported study was funded by Russian Science Foundation according to the research project «Origenism at the Cambridge School», № 23-28-00753.

[1] Природа не делает скачков.

[2] Букв.: «невидимый». – Прим. перев.

[3] Неологизм от лат. conspissare – сгущать, уплотнять. – Прим. перев.

[4] Кардан. De Varietate rerum, XVI, 93 [M].

[5] Peculium – собственность, имущество. – Прим. перев.

[6] Кардан. De Rerum Varietate, XVI, 93 [M].

[7] Пселл. De operatione daemonum [M].

[8] Моисей Маймонид. Путеводитель для растерянных, Ч. 3, Гл. 46 [M].

[9] В силу самого этого факта. – Прим. перев.

[10] Hes. Op. 125. – Пер. В. В. Вересаева. – Прим. перев.

[11] Verg. Aen. VI, 653–655. – Пер. С. А. Ошерова.

[12] Максим Тирский. Op.cit. [M]: «В то же самое время и по закону [стали] демонам вместо [прежних] людей». – Прим. перев.

[13] Agrippa. De Occulta Philosophia, I, 64 [M]. Агриппа Неттесгеймский (Agrippa von Nettesheim, 1486–1535) – немецкий дипломат, юрист, врач, теолог каббалист и оккультист; здесь цитируется его труд «Three Books of Occult Philosophy, or of Magick; Written by that Famous Man Henry Cornelius Agrippa, Knight, And Doctor of both Laws, Counsellor to Caesars Sacred Majesty, and Judge of the Prerogative Court. London: Printed by R.W. for Gregory Moule…, 1651». – Прим. перев.

[14] Feyens,Thomas De Viribus imaginationis, Quaestio 22 [M]. Тома Фьен (1567–1631) – врач и профессор университета Лёвена во Фламандском Брабанте; известны его труды «De Cauteris» (1598), «Libri Chirurgici XII» (1602), «De formatione foetus» (1620), и «De Viribus Imaginationis Tractatus» (1608), в которых он описал формирование уродливых форм плода во время беременности. – Прим. перев.

[15] Бодуэн ван Ронсс (Baudouin van Ronsse, 1525–1596) – врач из университета Лёвена. – Прим. перев.

[16] Гийом Параден (Guillaume Paradin, 1510–1590) – французский религиозный деятель, писатель, историк провинции Божоле; известен как автор «Истории нашего времени» («Histoire de notre temps», 1570). – Прим. перев.

[17] Бодуэн ван Ронсс (Baudouin van Ronsse, 1525–1596) – врач из университета Лёвена. – Прим. перев.

[18] Давид Пареус (David Pareus, David Wängler, 1548–1622) из Гейдельберга – реформационный теолог. – Прим. перев.

[19] Жан Франсуа Фернель (Jean François Fernel, Ioannes Fernelius, 1497–1558) – французский врач, которому приписывают введение термина «физиология» для описания состояний человеческого тела; первым описал спинномозговой канал, занимался ангелологией и демонологией, его основные труды: «De naturali parte medicinae» (1542), «De vacuandi ratione» (1545), «De abditis rerum causis» (1548). – Прим. перев.

[20] Sennert. De Viribus Imaginationis, Гл. 14 [M].

[21] Jan Baptista van Helmont. De Injectis Materialibus [M].

[22] Daniel Sennert. Institutionum Medicinae, V, 3, §. 3, Ch. 9 [M].

[23] Feyens. Op. cit., quaest. 13 ex. 1.8 [M]. Feyens, Thomas. De Viribus lmaginationis Tractatus, Leyden, 1635.

[24] Weyer, op.cit., IV.18 [M].

[25] Хуан Луиис Виивес (Juan Luís Vives, 1492–1540) – испанский гуманист, богослов, философ, жил в Англии, друг Томаса Мора и Эразма Роттердамского. – Прим. перев.

[26] Fienus: Ibid. 22 [M].

[27] Fortunio Liceti. De Monstrorum Causis, II. 6 [M]. Фортунио Лицети (Fortunio Liceti (Fortunius Licetus, 1577–1657) – итальянский врач и философ, работал с Галилео Галилеем в университете. – Прим. перев.

[28] Jan-Baptista van Helmont De Magnetica vulnerum curatione, 33 [M]; Demens Idea, 37, Vis Magnetica и Tractatus De Animae, 7 [M], где речь идет о пятне в форме вишни, которое мать наложила на тело ребенка силой своего воображения. – Прим. перев.

[29] Athanasius Kircher. Magnes sive De Arte Magnetica, III, 7, 7 [M].

 

Примечания Г. Мора и А. Джейкоба

[i] Plot. Enn. III. 4. 2.

[ii] Данное богом.

[iii] Plot. Enn. III. 4. 2:

[iv] Нематериальность (Plot. Enn. I. 2. 7).

[v] Кн. 1, гл.3, пп. 5, 8; Кн. 2, гл. 1, п. 2.

[vi] Ficino. Op. cit., XVII, 2.

[vii] Descartes R. Les Meteores, Discours Quatrieme // AT. P. 265: «Всякое возбуждение воздуха, которое ощутимо, называется ветром, а любая невидимая и неосязаемая телесность – обычным воздухом. Таким образом, когда вода сильно разряжается и превращается в очень тонкий пар, говорят, что она преобразуется в воздух, несмотря на то, что тот чистый воздух, которым мы дышим, состоит в основном из частиц, которые имеют совершенно иную конфигурацию, чем частицы вода, и которые гораздо тонки. Так и воздух, вытесняемый наружу из мехов или разгоняемый веером, тоже называется ветром, несмотря на то, что те более обширные ветра, которые господствуют на поверхности моря и земли, обычно не что иное, как движение испарений, которые, при этом расширении, перемещаются из места, где они находятся в один момент, в какое-либо другое место, которое для них оказывается более подходящим».

[viii] Максим Тирский. Dissertationes, 27 [M], см. также примечание к п.8 ниже.

[ix] Ксенократ. Plut. De Defectu oraculorum, ch 13.

[x] Филон. De Somnis, I, 139–140.

[xi] Плутарх. De Genie Socratis, 593d–594a.

[xii] Plot. Enn. V. 1. 2.

[xiii] Athanasius Kircher. Magnes sive De Arte Magnetica, III, 7, 7 [M].

[xiv] См.: Декарт Р. Письмо Мерсенну, 2 февр. 1643, где он обсуждает этот предмет (AT, Oeuvres de Descartes, Correspondance, vol. III. P. 612, 634).

 

© А. В. Цыб, 2023
© О. Ю. Бахвалова, 2023